Не мне одному здесь неуютно, так ведь?
– Вы меня извините, – сказал Блэй, вставая на ноги и доставая свои красные «Данхилс» и золотую зажигалку. – Мне нужен свежий воздух.
Парень начал курить недавно – привычка, которую Куин презирал, несмотря на тот факт, что вампиры не болели раком. Но Джон все понимал. Разочарование нужно выпускать наружу, но находясь в своей спальне или же с парнями в спортзале, многого не добьешься."
"Черт, да за последние три месяца они все набрали мышечной массы, плечи, руки и бедра уже не влезали в одежду.
Стоит задуматься над тем, что у борцов есть пунктик насчет никакого секса перед матчами. Если они продолжат вот так набирать фунты, то будут похожи на банду профессиональных рестлеров.
Куин опустил взгляд на свою Корону.
– Хочешь свалить отсюда? Прошу, скажи, что хочешь свалить отсюда.
Джон посмотрел на дверь, ведущую в офис Рива.
– Значит, остаемся – проворчал Куин, сигналя проходившей мимо официантке. – Мне понадобится еще пиво. А, может, и целый ящик.
Глава 10
Ривендж закрыл дверь своего офиса и сдержано улыбнулся, не показывая клыков.
Но даже без этого букмекеру, зажатому между Трэзом и айЭмом, хватало мозгов, чтобы понять, что он в полнейшей заднице.
– Преподобный, в чем дело? Почему ты вот так меня сюда тащишь? – затараторил парень. – Я просто работал, а потом вдруг эти двое…
– Я слышал о тебе кое-что интересное, – сказал Рив, обходя стол.
Когда он сел, в офис зашла Хекс, ее серые глаза были остры. Закрыв дверь, она прислонилась к ней спиной, блокировка покруче Мастер-Лок, когда нужно не выпускать шулера букмекера и не впускать любопытные глаза.
– Это все ложь, сплошная ложь…
– Ты не любишь петь? – Рив откинулся на спинку стула, находя знакомую позу за черным столом ничего не чувствующим телом. – Не ты тогда исполнял для народа Тони Би в Соле?
– Ну, да… – нахмурился букмекер. – Мне даже свистели.
– Мой партнер, который побывал там… он сказал, ты очень хорошо пел. – Рив кивнул айЭму, у которого, как обычно, было каменное лицо. Парень никогда не показывал эмоции, если только речь не заходила об идеальном каппучино.
Тогда на лице мавра можно увидеть отголоски блаженства. – Так и ублажал толпу. Что он там пел, айЭм?
– «Три монеты в фонтане», – своим низким и великолепным голосом айЭм походил на Джеймса Ерл Джонса.
– Я чувствую направление. Чувствую ритм, – букмекер поправил свои брюки, мол, «ну, вы знаете».
– Так ты тенор, как старый добрый мистер Беннет, да? – Рив скинул с плеч шубу. – Обожаю теноров.
