Ощущать ее – рай, который не обязательно видеть для постижения. И если она так сильно верила в него, то она была его храбростью и целью.
– Спасибо за то, что остаешься со мной, – хрипло сказал он в ее длинные волосы.
– Для меня нет другого места. – Она положила голову на его грудь. – Ты мой мужчина.
Глава 67
Материализовавшись на севере вместе с Братьями, Элена не могла выбросить Бэллу из головы. Женщина казалась до странного бесцветной, стоя в огромном величественном фойе, в окружении мужчин, обвешанных оружием. Взгляд был безжизненным, бледные щеки впали, будто сила ее воли подвергалась серьезным испытаниям.
Но она хотела, чтобы ее брат вернулся."
"Природа лжи была таковой, что ее действующие компоненты всегда были одинаковыми: объективная правда извращалась, укрывалась или полностью переписывалась с намерением ввести в заблуждение. Непонятны были мотивы, кроющиеся за искажением фактов, и Элена вспомнила, что сделала, украв те таблетки для Ривенджа. Ее намерения были благими, и хотя это не представило поступок правильным и в подобающем свете, не позволило избежать последствий, по крайней мере, в своем сердце она была чиста.
То же самое с решениями Ривенджа. Они не были правильными и подобающими, но он защищал Элену, свою сестру и других людей своей жизни, судя по тому, что гласило Древнее Право, и насколько разрушительной была принцесса.
Поэтому Элена решила простить Ривенджа… и она надеялась, что его сестра поступит также.
Конечно, это прощение не означало, что Элена собирается остаться с мужчиной… заявление, что Рив – ее хеллрен, нужно было, чтобы отправиться в колонию; оно не соответствовало реальности.
Кроме того, кто знал, вернутся ли они в Колдвелл живыми и невредимыми?
Этой ночью они могли понести потери.
Элена и Братья появились в укрытии густого соснового леса, в безопасном месте, выбранном Хекс, когда она изучала местность. Впереди, как и описала женщина, располагался колоритный, белый фермерский домик с надписью «ДАОССКИЙ МОНАШЕСКИЙ ОРДЕН, уч. 1982».
Судя по виду, было сложно поверить, что внутри, за чистыми дощатыми стенами, происходит нечто большее, чем шитье лоскутных одеял.
Еще труднее представить, что это очаровательное место являлось входом в колонию симпатов. Но было в нем что-то ненормальное, будто силовое поле страха окружало все это «добро-пожаловать».
Оглянувшись, она почувствовала близость Рива, и перед тем как заговорила Хекс, Элена сосредоточилась на сарае примерно в ста ярдах от фермерского домика. Да… он был там.
