и, конечно же, как только Де ла Круз уехал, те ботинки, предназначенные для ходьбы, снова вернулись в игру, неся Грэйди прямо туда, где она хотела его видеть.
Подойдя к гранитному надгробию, он издал сдавленный звук, и на этом его рыдание только началось. Он завыл как девчонка, его дыхание вырывалось изо рта белыми облачками, когда он опустился на землю рядом с местом, где в течение последующих лет будет разлагаться убитая им женщина.
Если ему так нравилась Крисси, почему он не подумал об этом прежде, чем забить ее до смерти?
Хекс вышла из-за дуба и позволила маскировке раствориться, вновь делая ее видимой.
Приближаясь к убийце Крисси, она потянулась к пояснице и обнажила клинок из нержавеющей стали, который так красиво хранился в ножнах вдоль ее позвоночника. Лезвие было длиной с ее предплечье.
– Ну здравствуй, Грэйди, – сказала она.
Грэйди развернулся всем телом, будто ему в задницу вставили шашку динамита, и он надеялся потушить горящий фитиль в снегу.
Хекс держала нож позади бедра.
– Как поживаешь?
– Что... – Он посмотрел на ее руки. Увидев полностью лишь одну, он начал карабкаться от нее на руках и ногах, вспахивая землю задницей.
Хекс следовала за ним, соблюдая дистанцию. Не прекращая карабкаться, Грэйди поглядывал через плечо – видимо, готовился вскочить и убежать, и она ждала, пока он не…
Бинго.
Грэйди рванул влево, но она кинулась к нему, ловя его запястье, и он по инерции, попал в ее захват. Он оказался лицом вниз с рукой, вывернутой за спину, полностью в ее милости.
Которой у нее не было от рождения. Быстрым движением, она полоснула ножом по его трицепсу, рассекая толстую парку и тонкую кожу.
Она хотела всего лишь отвлечь его, и это сработало. Он взвыл и потянулся, чтобы прикрыть рану рукой.
Это дало ей достаточно времени, чтобы схватить его за левый ботинок и начать выкручивать ногу, пока ему не стало все равно, что, черт возьми, происходит там с его рукой. Грэйди закричал и захотел ослабить давление, попытавшись перевернуться, но она уперлась коленом в его поясницу и удерживала его на месте, проворачивая лодыжку, пока та не захрустела и не сломалась.
Быстро вскочив и совершив еще одно молниеносное движение, она вывела его из строя с другого бока, разрезав сухожилия бедра.
Обрывая вопль посередине.
Когда Грэйди охватила боль, он громко вздохнул и затих… пока она не потащила его к могиле. Он боролся и рыдал, правда, от его воплей было больше шума, чем эффекта.
