Вот что случается, если не просаживать каждую лишнюю монетку в зале игровых автоматов. Оборот ресторана пошел вверх, качество пищи стало таким же, как раньше, и место пережило серьезную подтяжку лица в виде новых столов, стульев, скатертей, ковров и люстр.
Все заменили точной копией того, что было там прежде.
Против традиций не попрешь, как говорил айЭм.
Было лишь одно изменение в интерьере, недоступное чужому взгляду : стальная сетка, протянутая на каждом квадратном сантиметре стен и потолка.
И все двери, кроме одной, были пронизаны этим дерьмом.
Никто не мог переместиться сюда или отсюда, без ведома и разрешения руководства. По правде говоря, хоть Рив и значился владельцем, это заведение – дитя айЭма, и Мавр имел основания собой гордиться. Даже гурманы старой итальянской закалки любили его стряпню.
Пятнадцать минут спустя Бентли остановился под навесом перед входом в одноэтажное здание из красного кирпича. Все огни вокруг были выключены, даже те, что подсвечивали вывеску ресторана, хотя пустая стоянка освещалась тусклым оранжевым светом старомодных газовых фонарей.
Трэз ждал в темноте, не выключая двигатель, двери бронированного автомобиля были заблокированы, и он общался со своим братом так, как обычно общались между собой Тени. Спустя мгновенье, он кивнул и заглушил мотор.
– Все в порядке. – Он вышел из машины, обошел Бентли и открыл заднюю дверь. Рив выставил из машины трость и вытолкнул свое онемевшее тело с кожаного сидения.
Когда они пересекли тротуар и подошли к огромной тяжелой черной двери, пистолет мавра был наготове – он держал его у бедра.
Ступить в «Сал» – равносильно входу в Красное море. В буквальном смысле этого слова.
Фрэнк Синатра приветствовал их своей «Wives and Lovers», доносившейся из динамиков, встроенных в потолок из красного бархата. Под ногами простиралась красная ковровая дорожка, которую совсем недавно заменили, она светилась тем же блеском и глубиной, что и свежепролитая человеческая кровь.
Красные стены были украшены узором в форме листьев аканта, освещение было, как в кинотеатрах, то есть, лампочки были встроены прямо в пол. Во время обычных рабочих часов, у стойки администратора и в гардеробной посетителей встречала прекрасная темноволосая женщина, одетая в короткое и узкое красно-черное платье, повсюду сновали официанты в черных костюмах и красных галстуках.
