Включив теплое освещение, он снял соболиную шубу и сорвал с плеч пиджак от Гуччи. Красноватый свет с потолка испугал его до чертиков, потому что он подумал, что стресс от смерти матери снова вытащил наружу его плохую сторону – он погасил его и, включив душ, принялся ждать, пока пар наполнит комнату.
Топнув ногой, он проглотил еще две таблетки пенициллина.
Когда стало легче, Рив засучил рукав, старательно игнорируя свое отражение в зеркале. Наполнив шприц, он обернул бицепс ремнем от Луи Виттона, потянув черную кожу и зафиксировав на уровне ребер.
Стальная игла скользнула в одну из его зараженных вен, и он надавил на поршень…
– Что ты делаешь?
Голос сестры заставил его поднять голову. В зеркале он увидел, как она уставилась на шприц в его руке и на его красные, воспаленные вены.
Первой мыслью было наорать на нее, чтобы она вышла отсюда к чертовой матери. Он не хотел, чтобы Бэлла видела это безобразие, и не только потому, что это влекло за собой очередную ложь. Происходящее с ним сейчас было глубоко личным.
Вместо этого он спокойно вытащил шприц, надел на иглу наконечник, и выбросил ее в мусорное ведро. Под шум воды он стянул рукав вниз, затем надел пиджак и соболиную шубу.
Выключил воду.
– Я диабетик, – сказал он. Черт, а Элене он сказал, что у него Паркинсон. Проклятье.
Ну, хотя вряд ли эти двое в ближайшее время пересекутся.
Бэлла прикрыла рот рукой.
– И как давно? Ты в порядке?
– Я в норме, – он заставил себя улыбнуться. – А у тебя все хорошо?
– Подожди, как давно у тебя это?
– Я колюсь уже около двух лет.
– По крайней мере, это не было ложью. – И я регулярно бываю у Хэйверса. – Пабабабам! Еще одна правда. – Все под контролем.
Бэлла посмотрела на его руку.
– Поэтому ты все время мерзнешь?
– Плохая циркуляция. Вот почему я хожу с тростью. Проблемы с равновесием.
– Я думала… ты говорил, что это из-за травмы?
– Диабет влияет на мою способность исцеляться.
– А, верно, – Бэлла печально кивнула. – Жаль, что я не знала.
Когда она посмотрела на него своими большими голубыми глазами, Рив возненавидел себя за ложь, но в тот момент мог думать лишь об умиротворенном лице матери.
Он обнял сестру и вывел ее из ванной.
– Ничего серьезного. Я справляюсь.
В спальне воздух был прохладнее, но Рив понял это только потому, что Бэлла сжалась и обняла себя руками.
– Когда мы должны провести церемонию? – спросила она.
– Я позвоню в клинику и попрошу Хэйверса придти сюда с наступлением ночи, и завернуть ее тело.
