– Мне нужно сказать что-то моему соседу?
Элена покачала головой:
– Он абсолютно ни при чем, и, к счастью, они с Джейн не… эм, начали. Слава Богу.
– Тебе такое не по душе, я понял.
Элена вновь посмотрела на вид:
– Эй, они люди взрослые, это по обоюдному согласию, значит все нормально. Но чтобы самой участвовать в подобном? Да ни за что.
Кстати о разочарованиях. Если БДСМ для нее – слишком, он догадывался, что она не поймет того, что он в качестве откупа трахает ненавистную ему женщину. Которая, к тому же, приходиться ему сводной сестрой.
О, а еще она симпат.
Как и он сам.
Из-за его молчания она оглянулась через плечо:
– Прости. Я тебя обидела?
– Я тоже не поклонник этого. – Ну, не совсем. Он был шлюхой с принципами… не имеющей ничего против извращения, только если к нему принудили. К черту дерьмо с согласием у Ви и его женщины. Да, потому что это просто неправильно.
Боже, он был ниже нее.
Элена бродила по помещению, мягкая подошва ее обуви не издавала никаких звуков при контакте с черным мраморным полом.
Глядя на нее, Рив понял, что под черным шерстяным пальто на ней была униформа. Логично, указал он себе, если потом она пойдет на работу.
Брось, подумал он. Он, что, и вправду решил, что она останется на ночь?
– Могу я взять твое пальто? – произнес он, зная, что ей должно быть жарко. – Мне приходится поддерживать здесь более высокую температуру, чем большинству было бы комфортно.
– Вообще-то… мне следует просто уйти. – Она сунула руку в карман. – Я пришла, только чтобы передать тебе пенициллин.
– Я надеялся, ты останешься на ужин.
– Прости. – Она протянула ему пластиковый пакет. – Я не могу.
Воспоминания о принцессе вторглись в разум Рива, и он напомнил себе о том, как хорошо это было – поступить правильно по отношению к Элене… и стереть ее номер из телефона. Он за ней совсем не ухаживал. Вовсе нет.
– Понимаю. – Он взял таблетки. – И спасибо за них.
– Принимай по две, четыре раза в день. В течение десяти дней. Обещаешь?
Он кивнул:
– Обещаю.
– Хорошо. И попытайся увидеться с Хэйверсом, ладно?
Наступил неловкий момент, а затем она подняла руку:
– Ну… пока."
"Элена развернулась, и Ривендж силой мысли открыл стеклянную панель, не доверяя себе достаточно, чтобы подойти к ней слишком близко.
О, пожалуйста, не уходи. Пожалуйста, не надо, думал он.
Ему просто на какое-то время захотелось почувствовать себя… чистым.
Выйдя, Элена сразу остановилось, и сердце Рива бешено заколотилось.
