Он аккуратно и неторопливо провел пальцем по кнопкам и вывел на экран ее контактную информацию. Не останавливаясь, он стер все данные о ней из телефона, и когда все исчезло, неожиданное тепло наполнило его грудь, сообщая ему, что согласно примеру его матери, он поступил правильно.
Он попросит другую медсестру, когда в следующий раз будет в госпитале. И если он увидит Элену снова, то просто проигнорирует ее.
Трэз вошел в комнату с подносом, на котором стояла тарелка овсянки, чай и несколько тостов.
– Ням-ням, – сказал Рив без особого энтузиазма.
– Будь хорошим мальчиком и прикончи все это. В следующий раз я принесу тебе бекон и яичницу.
Когда поднос оказался на его ногах, Рив отбросил телефон и взялся за ложку. Внезапно, без какой бы то ни было причины, он спросил:
– Ты был когда-нибудь влюблен, Трэз?
– Нет, – мавр вернулся в свое кресло в углу, изогнутая лампа освещала его красивое, темнокожее лицо. – Я как-то понаблюдал за попытками айЭма и понял, что это не для меня.
– айЭм? Да иди ты.
Не знал, что у твоего брата была цыпочка.
– Он не говорит о ней, а я никогда не встречал ее. Но какое-то время он был несчастен, а таким несчастным мужика может сделать только женщина.
Рив размазывал ложкой желтый сахар, которым была посыпана овсянка.
– Думаешь, еще встретишь свою суженую?
– Нет, – Трэз улыбнулся, сверкнув идеальными белыми зубами. – К чему эти вопросы?
Рив поднес ложку ко рту и начал есть.
– Просто так.
– Ну, да. Конечно.
– Эта овсянка фантастическая.
– Ты ненавидишь овсянку.
Рив слегка рассмеялся и продолжил есть, лишь бы заткнуть себя, с мыслями о том, что тема любви, в общем-то, его не касалась. Но вот работа как раз была в его обязанностях.
– Что-нибудь произошло в клубах? – спросил он.
– До настоящего времени все шло гладко.
– Хорошо.
Рив медленно ел свою Quaker Oats, удивляясь, почему он ощущал предательскую слабость в животе, если все в Колдвелле шло гладко?
Он подумал, что может быть дело в овсянке?
– Ты сказал Хекс, что я в порядке, да?
– Да, – сказал Трэз, поднимая книгу, что он читал.
– Я соврал.
***
Хекс сидела за своим столом и смотрела на своих двух лучших вышибал Большого Роба и Тихого Тома. Они были людьми, но людьми умными, и в своих джинсах с низкой посадкой, излучали совершенные, обманчиво-спокойные флюиды, которых ей так не хватало.
– Что мы можем для вас сделать, босс? – спросил Большой Роб.
Наклонившись вперед, она вынула десять сложенных купюр из заднего кармана кожаных брюк.
