Поначалу был избыток и того, и другого, ведь каждый раз, закрывая дверь, он надеялся, что Тор остановит его и скажет: «Я готов вернуться к жизни. Я не стану сдаваться. Я достаточно оправился, чтобы заботиться о тебе».
Но надежда не может длиться вечно.
Когда дверь за Джоном закрылась, Тор откинул простыню со своих тощих ног и свесил их с кровати."
"Хорошо, он был готов столкнуться с чем угодно, но только не с убогостью своего существования. Постанывая и шатаясь, он проковылял в ванную, подошел к туалету и поднял крышку.
Согнувшись над унитазом, он приказал желудку вернуть еду без возражений.
По началу, Тору приходилось запихивать два пальца в рот, но уже нет. Он просто напряг диафрагму и вуаля – все выскочило, подобно убегающим из переполненной канализации крысам.
– Ты должен завязать с этой хренью.
Голос Лэсситера гармонировал со звуком смыва унитаза. До чего удачное сочетание.
– Господи, можешь хоть иногда стучаться?
– Я же Лэсситер. Л-Э-С-С-И-Т-Е-Р. Как такое возможно, что ты до сих пор путаешь меня с кем-то другим? Мне что, обзавестись бейджиком?
– О, да, только давай повесим его на твой рот.
– Тор осел на мраморный пол и уронил голову в ладони. – Между прочим, тебя здесь никто не держит. Можешь уйти в любой момент.
– Приводи свою тощую задницу в порядок. И тогда я свалю.
– У меня появилась цель в жизни.
Вдруг раздалось негромкое звяканье, и значит, случилась трагедия из трагедий – ангел только что ударился об раковину.
– Итак, чем займемся ночью? Погоди, дай угадаю – посидим в глухой тишине.
Или, нет... еще прибавим к этому глубокомысленные раздумья? Блин, ты такой испорченный мальчишка. Бууу. Уууу. А потом что, пойдешь на разогрев к Слипнот?
Проклиная все на свете, Тор поднялся и включил воду в душе, надеясь, что если просто игнорировать болтливого павлина, то ему очень скоро здесь наскучит, и ангел свалит поганить день кому-нибудь другому.
– У меня вопрос, – не затыкался ангел. – Когда мы укоротим эти заросли на твоей башке? Скоро это дерьмо отрастет еще сильнее, и придется косить его, как сено.
Сняв футболку и боксеры, Тор наслаждался единственным утешением в мучительном обществе Лэсситера, которое у него было: издеваться над этим ублюдком.
– Блин, до чего ж ты плоскозадый, – пробормотал Лэссетер. – У тебя там сзади, словно пара сдувшихся мячиков. Даже не знаю... О, придумал! Бьюсь об заклад, у Фритца есть велосипедный насос. Что скажешь?
– Разочарован видом? Где дверь, ты знаешь,.
