— Девушка чего молчите, вам в какую квартиру?
Он меня видит. Совершенно точно. А я его нет. От этого страх становится сильнее, а еще… еще на меня накатывает чувство никчемности. С чего я вообще решила, что он мне поможет? Если он даже в воспитании моем никогда не участвовал, но все же сглатываю и решаюсь. Словно с обрыва прыгаю.
— Я… я Таисия, — сглатываю и быстро продолжаю. — Мне очень нужна твоя помощь… папа.
— Девушка вы там на солнце перегрелись? В какую квартиру звонили?
— В сорок седьмую, — продолжаю гнуть я свое.
— Я Таисия Авдеева.
Как только я называю свою фамилию, на другом конце провода слышится отборный мат, я уверена, что сейчас и связь оборвется и меня даже в подъезд не пустят, но нет, следует ответ:
— Что тебе от меня нужно?
— Помоги, пожалуйста.
— У меня нет денег.
— А связи? Мама говорила, что ты работаешь в органах. Мне очень нужна помощь. Один человек решил, что я украла у него дорогущие часы. Но я не крала. Правда-правда. А он запугивает меня. Похитил.
Я чуть заживо не сгорела и… Соцзащита забрала Аксинью, а мама пьет не просыхая, — я перечисляю события с такой скоростью словно могу куда-то не успеть. Мне кажется, что он сейчас отключит связь и не станет даже меня слушать, а потому мне надо все-все-все ему рассказать.
— Так, — отец кашляет. — Что еще за новости какие такие похищения. Я не дома сейчас, тебе есть где подождать?
Я машу головой, не веря тому, что у меня и правду появляется шанс на помощь.
— Нет, негде. Дамир привез меня в город, но я сбежала на заправке, боюсь он может вычислить твой адрес в два счета и…
— У Дамира есть фамилия?
— Да, Булатов, он…
— Послушай меня, Таисия, — тут же грозно перебивает меня отец, — забудь этот адрес раз и навсегда.
— Что? — шепчу я, едва разлепив губы.
— Ты мне не дочь. Твоя мать вообще тебя где-то нагуляла и должна была сделать аборт! Я ей заплатил за это. У меня есть семья. Два прекрасных сына и, если хоть один из них пострадает из-за тебя, ты поймешь, что есть кое-что похуже чем сгореть заживо.
Разбирайся с Булатовым сама. И меня в это втягивать не смей, — последний слова он практически прошипел, а затем вызов отключился.
Я, еще до конца не осознавая, что только что произошло, набрала заветные цифры на табло вновь, но никто больше на вызов мне не ответил. Я три раза пыталась, и три раза мои вызовы скидывали.
— Будь ты неладен, Дамир Булатов, — сквозь слезы проговариваю я и бью по табло с цифрами.
