— Всё возможно, есть куча способов спрятать бездыханное тело. Но вот в чём соль — рано или поздно оно всё равно всплывёт, тем более, если потенциальных жертв так много. Ошибиться легко, — вздохнул Филин и взял её за плечо. — Кать, не бери это в голову, ладно? А то ты любишь зацикливаться на всякой фигне.
— Человеческая жизнь это не фигня."
"— Они тебе никто. О себе подумай. Моё мнение — принимай предложение Моржа и наслаждайся жизнью. Помнишь, как ты хотела уехать в Америку, купить байк и рассекать на нём от западного до восточного побережья?
— Помню.
— Так что тебя останавливает?
— Больше как-то не хочется.
— А чего хочется?
— Не знаю, я запуталась. Просто устала, год был тяжёлый, — опустила голову Катя.
— Так бери у Быстрицкого деньги и живи свою лучшую жизнь, Катюха, оставь всё худшее позади. И его в том числе.
— Мастер ты, Филин, советы раздавать, сам то им следуешь? — улыбнулась она.
— Нет, только раздаю, а другие обычно следуют моим мудрым советам, а если не следуют — потом жалеют, — хмыкнул он.
— Так, я сегодня занят. Поехали завтра отметим что ли наш почти успех? Подруг зови, Виталика, мы с ним как споём дуэтом!
Катя смиренно кивнула, вечеринка так вечеринка, всё равно не спится.
Когда Быстрицкий предложил выкупить бизнес Игоря, Катя замерла за столом, ожидая реакцию Вадима. Он не сказал сразу «да», хотя она от него этого ожидала, братья были против, а Катя втайне от всех них уже обещала продать свою часть кое-кому другому. Её шахматная партия только начала набирать обороты, может, сразу после неё возьмёт деньги и уедет в светлое будущее, где её никто не знает.
Подумает об этом потом, когда разберётся со всеми, с собой в том числе.
Глава 9. Преступление и наказание
Утром Катя еле продрала глаза, вокруг темно из-за закрытых в спальне штор, голова гудела, во рту пересохло. В коридоре за дверью были слышны голоса, откуда они у неё дома? Катя попридержала больную голову, вставая с кровати. Из одежды на ней трусики и короткая футболка до пупка.
Выйдя в коридор она долго хлопала глазами, в недоумении уставившись на Камиллу, которая переминалась с ноги на ногу, стоя босиком в одном полотенце на груди. Рядом Филин, в капельках воды, только из её ванной, придерживал полотенце на бёдрах. Во главе всего этого шабаша в полотенцах возвышался единственный одетый человек — Вадим, который переводил взгляд с одного присутствующего на другого, как будто решая, кого будет бить первым.
