Вадим, мне как обычно вкусненькое!
Тимур как по команде подал ей сумку из-за дивана и Катя скрылась за дверью, которую Вадим не заметил, когда вошёл. Пока Катерины не было, словоохотливый Тимур рассказал историю знакомства с Отбитой, которую тогда все звали Мелкая или Малая, с подачи старших и младших братьев. Познакомились они в уличной драке, из которой Катя притащила дикого мальчика полудагестанца в танцевальный коллектив своей мамы, где был вечный дефицит танцоров, а танцевал Тимур, как и дрался — пластично и с артистизмом.
В школе они вместе вели мероприятия, пели и танцевали, после учились в одном институте, где не пропустили ни одной студвесны и КВНа, сценарии для каждого из которых писала Катя.
Она вернулась, кинула сумку на пол и начала гладить спящих собак, затем её взгляд упал на магнитно-маркерную доску на колёсиках, которая была задвинута в угол и повёрнута чистой стороной к присутствующим в комнате. Любопытный нос Катерины заглянул по ту сторону и, когда она выглянула оттуда — её лицо было белее, чем доска.
— Я вообще думаю у нас с тобой, Катюх, такие перспективы перед носом проплыли. Из нас офигенные ведущие мероприятий бы получились, — печально вздохнул Тимур. — Такую карьеру профукал, может, это было моё призвание? Никогда я себя таким счастливым не чувствовал, как на сцене, разве что в постели с любимой женщиной. Скучно мне.
— Тимур, помнишь, как ты в общаге жил на Тульской, вместе с гастарбайтерами, нариками и плечевыми проститутками?
— Помню.
— А щас тебе твоя трёшка в центре Питера не нравится? Обратно хочешь?
— Не хочу.
— А в твоём Бентли кондей не слишком сильно в летнюю жару дует? Нет? Скучно ему, блин! — вскинула руки она. — Бабло тебе девать некуда, вот, что я тебе скажу! Оборзел ты от сытой жизни! Так ты либо вспомни, как оно было, когда у тебя ни хера не было и по башке себя хлопни. Либо есть вариант получше — давай, сделай как ты обычно делаешь, когда тебе жить скучно. Сидеть-то в тюряге веселее!
— Ну ладно, ладно.
Разошлась! Голодная ты просто невыносима, — выставил он ладонь в её сторону.
— Я передумала, домой хочу. Вадим поехали, я тебя дома покормлю.
— Его, значит, кормишь, а мужа родного нет? — обиженно пробурчал Тимур.
Перед тем, как уйти, Катя тепло обнялась с Тимуром и Ахмедом, не замечая, как на неё смотрит Вадим — со смесью жгучей ревности и гнева.
* * *Катя сидела рядом с Вадимом, пока они ехали к ней домой.
