Она встречала их в аэропорту и сообщила, что они теперь с Вадимом расстались. Братья переглянулись между собой, но мнения не высказали. Младший только спросил:
— Он тебе изменил?
Катя пожала плечами, откуда ей было знать, да и лучше уже не знать.
Теперь в обеденное время они заседали в кафе недалеко от работы, а не в её ресторане, как обычно. Им всем не хотелось сталкиваться с Вадимом где-то кроме кабинета генерального директора.
— Мы не сможем работать с ним, я не смогу. Это как-то тупо выглядеть будет. Уже выглядит тупо, и чувствую я себя также.
— Со временем полегче станет, попривыкнете, — успокоил её Павлик.
— Он хочет слить Лёню из фирмы. Я скорее всего следующая на очереди. Мне нужно уехать, я продам всё, что у меня есть и осталось от Игоря, передам свою долю в фирме вам и уеду.
— Куда? — поперхнулся Макс.
— Куда-нибудь, где есть море или океан, солнышко светит, — мечтательно глядя в окно на серую улицу, улыбнулась Катя.
— Ты к бывшему мужу собралась вернуться? — спросил её Павлик.
— Нет, конечно! Он в Германии живёт, там только есть море пива. Я эмигрирую в Израиль! — сверкнула она глазками и её лицо посветлело. — Мне тут бабулечка моя подшафе рассказала, что она-то родилась с именем Рахиль, а стала Раисой. Как-то её родители решили, что лучше бы это скрывать. У меня еврейские корни! Я подаю документы и возвращаюсь к ним. Шалом, братья!
— Знаешь что, Катя? — неожиданно резко сказал Павлик. — Игорь говорил, что куда бы ты не поехал, ты везде возьмешь с собой себя.
От себя то не убежишь, не придумывай, ясно? Ты нам нужна, и ему нужна, он просто какую-то дичь непонятную сотворил.
— Хочешь мы с ним поговорим? — предложил Макс.
— Нет. Между нами всё кончено! Умерла так умерла!
— Вас было друг от друга не оторвать! Что-то же случилось? Так исправьте, — осторожно заметил Макс. — Вадим одумается, и ты немного придёшь в себя, а то ты какая-то не такая в последнее время. Дай вам время и прекрати делать глупости.
Макс кивнул на её следы недавней битвы.
— Здесь твоё место, незачем тебе уезжать, — твёрдо сказал Павел.
— Давай-ка я сама разберусь, где моё место, ладно? — резко огрызнулась она.
— Может, соберёмся у тебя завтра, в приставку поиграем? — предложил младший брат. — Давно не собирались, месяца два. Поболтаем, как раньше, пиццу пожрём.
— Не могу, у меня дома теперь как женское общежитие. Приют для обездоленных, брошенных женщин и детей-сироток.
Катя не стала объяснять, братья всё равно не поймут.
