— Может, ты пойдёшь, раз не ешь, а только место занимаешь?
— Нет, буду тебе портить, щас найду только чем.
Максим с Павликом в это время обменивались братскими метасообщениями. Один ругал другого за то, что тот взвалил на себя колчан со стрелами Купидона, да попали они не туда, а прямо в задницу Отбитой. Другой оправдывался, что хотел как лучше, а получилось как всегда — через одно место.
— Ды ты, блять, издеваешься надо мной! Серьёзно?! Именно сегодня в этот самый день и час? Конечно, Вселенная-то меня любит. Если у меня в жизни случается шизотряска, то прям со всех сторон!
Братья в недоумении взглянули на Катю, а она в это время перевела свой взгляд серийного убийцы к двери ресторана, в них вошла жена её брата.
В коротком платье-пиджаке с вырезом, на высоких каблуках. Братья, которые видели её всего несколько раз, с оравой детей под ногами, уставшей мамашей с гулькой на голове, удивлённо вскинули брови.
— Это Ульяна? Шпуля твоя? — спросил Катю Макс.
Модельной походкой от бедра, девушка, как оказалось, очень красивая, двинулась по проходу мимо их столика, её грудь колыхалась в такт ее движениям.
Она надменно улыбнулась, взглянув на Катю, и прошла им за спину, сев поодаль. Ульяна была не одна, но и не с мужем, а со статным мужчиной в дорогом костюме, с благородной сединой на висках. Он шёл за ней по пятам, жадно уперевшись взглядом на её пятую точку.
Катя откинулась на спинку дивана, сложив руки на груди, и смотрела куда-то вверх, на потолок, не обращая внимания ни на кого больше.
— А с кем это она? — нахмурился Павлик, взглянув на Отбитую.
— Я откуда знаю, я теперь персона нон-грата в их семье. Даже не знаю, развелись они или нет. Черный список контактов — моё теперь постоянное место дислокации. Она со мной даже не разговаривает, заблокировала везде, слышать меня не хочет. С другой стороны, а что я ей скажу? Ты мне, конечно, подруга была двадцать лет, но брат дороже? Поэтому я тебя три месяца обманывала, — тихо произнесла Катя, сглатывая подступивший к горлу ком. — Последнее, что я от неё услышала было то, что она ненавидит меня.
В очередь, сучка!
Катя повернулась в сторону Ульяны и её спутника, внаглую глядя на них.
— Иногда мне казалось, что их семейная жизнь держится на мне, — усмехнулась Катя. — Стоило мне заняться своей, как их тут же рухнула. Моя тоже, кстати, но хоть никто не пострадал, а у них трое детей. Я говорила Сашке, когда он в двадцать лет задумал на ней жениться, что ему рано, а он что? «Она любовь всей моей жизни!».
