Щелчок и номер погрузился в темноту, лишь тусклый свет панорамного окна не давал им потонуть во тьме окончательно.
— Всё, Вадимка, считай, я дело своё сделала, довела тебя почти до глубокой тьмы. Чё дальше будешь делать, я прям не знаю, у меня на тебя планов никаких, так что отпускаю тебя домой, — проворчала Катя, направляясь к кровати. — Погоди-ка, без этого магия не сработает.
Катерина запрыгала на одной ноге, пытаясь снять с себя чулок, когда у неё это получилось, он полетел сидящему на кровати Вадиму в грудь, сполз вниз и упал на пол.
— Добби свободен! Всё, меня окончательно развезло, подвинься, мешаешь.
Катя снова заползла под одеяло, начала под ним швыряться, на пол полетел её второй чулок, затем платье. Отбитая издала тяжёлый вздох, собираясь уснуть, каково же было её удивление, когда за её спиной, судя по звукам, Вадим снимал ремень. Приготовившись к чему угодно, она никак не ожидала, что Вадим ляжет на спину рядом, с другой стороны кровати, не раздеваясь."
"— Она могла тебе что-то подсыпать, поэтому тебе плохо.
Нужно в больницу…
— Ничё она мне не подсыпала, я за этим следила, ясно? Я сотни проституток на вызов отправляла, у меня для них методичка была специальная — «как не быть напоенной какой-то дрянью», они у меня с полной аптечкой в сумочке на выезд ездили. Чтобы в случае чего быстро минимизировать последствия разных препаратов, — раздраженно фыркнула Катя из-под одеяла. — Если ты хочешь выставить твою агрессию в сторону Камиллы как спасение меня, то ты облажался.
У меня всё было под контролем, без тебя бы разобралась. Она у меня и так была на карандаше, точнее, на Матильду жопой почти присела. А всё почему? Потому что ты сволочь, Вадим, я тут вообще не при чём. Она в тебя влюбилась, а ты её мурыжил четыре года, захотела отомстить, но ты для неё недосягаем, а тут я — виноватая во всех её сердечных бедах. Ладно, хрен с ней, пусть варится в своих обидах, пока мясо с костей не сойдёт. Если у меня будет плохое настроение, я ею, конечно же, займусь, пока ни здоровья, ни настроения никакого нет.
Ты это, Вадим, заканчивай свои игры с удушениями. У тебя проблемы с управлением гневом, вот, что я тебе скажу. У меня в Питере трёх девочек так придушили до смерти, когда клиенту захотелось выпустить пар.
— Спасибо, блять, за заботу.
— Я серьёзно, заканчивай с этим, перешагнёшь грань — оттуда уже не вернуться обратно. Лёня вон перешагнул и где он теперь? Он был болен, это как бы факт.
