Она всё так же ничего не могла ему обещать, хотя, честно говоря, сама мысль, что им придется расстаться, приносила ощутимую боль.
Он поднялся следом и, натянув джинсы, вышел в кухню. Изучив содержимое холодильника, они решили, что на ужин приготовят пасту с беконом, сливками и помидорами. Правда, готовил, как обычно, Лёха, а Лерка лишь нажала кнопку на кофемашине и остальное время сидела рядом на столешнице, развлекая его своим присутствием.
Ничего Лера еще не сказала, но Полевой по ее настроению понял, что оставаться на ночь она не собирается.
Чувствовалась в ней какая-то собранность, будто мыслями она уже не с ним.
Когда Соломатина чуть позже целовала его, благодаря за ужин, он все-таки спросил:
— Ты не останешься?
Она помолчала.
— Давай без этого. Ты у себя — я у себя. Вместе мы не ночуем. Другое дело, когда мы за городом…
В его взгляде Лера ясно прочитала неодобрение. Не собираясь с ним спорить или как-то убеждать в своей правоте, она отставила чашку и вышла в прихожую, сообщив, чтоб он запер за ней дверь.
"
"Он и запер. Но только до того, как она вышла из квартиры.
— Лёш, ну это не смешно. Выпусти меня.
Полевой сунул ключи в карман и как ни в чем не бывало ушел допивать свой кофе.
— Открой дверь, — она двинулась за ним. — Не смешно, говорю.
— А я и не шучу, — с ухмылкой сказал он, сделал глоток и отставил чашку.
Еще раньше, чем он сделал движение, Лерка поняла его намерение и рванула в гостиную, но он быстро ее нагнал и, закинув на плечо, утащил в спальню.
— Лысый, не наглей! — засмеявшись, снова укусила его за спину, как и тогда.
Лёшка повалил ее на кровать и оседлал.
— Пусти меня.
— Не пущу, — лишил ее возможности двигаться, сцепив руки над головой.
— Ты помнишь, что обещал? — сказала она, тяжело дыша под ним. — Что вся дичь будет запланирована. А сам что делаешь?
— Настойчиво прошу тебя остаться.
— Я завтра оперирую. Буду собачуле позвоночник собирать. Операция сложная, и мне надо быть в форме, а ты даже выспаться не дашь.
— Дам, — пообещал он.
— Сколько?! Полтора часа?! — воскликнула Лера. — Это ты можешь завалиться у себя в кабинетике на диванчик и гонять секретутку за кофе.
— Ага, если бы… — сквозь ткань легонько прикусил ее сосок.
— А я себе такого… — зажмурилась от волны мурашек, — не могу позволить.
— Я дам тебе выспаться, — пообещал он, отпустил ее руки и задрал на ней футболку.
— Леший, мы плохо кончим.
— Мы охереть, как хорошо кончим. У нас это всегда здорово получается.