"
"– Жаль, что у них своей пилотажной группы нет, – вздохнул пилот.
– Так они сами пилоты не хуже любого истребителя, – пожал плечами каперанг.
– Знаю. Всё равно обидно.
– А если б была, к ним бы ушёл?
– И даже не задумался бы, – кивнул Василий.
– У них дисциплина жёсткая. Если не сказать жестокая, – вздохнул Егоров.
– Знаю. Популярно объяснили, – рассмеялся Василий, вспомнив процесс объяснения.
Ответить Егоров не успел. Яростный мат пилота катера заставил его вздрогнуть и кинуться в рубку управления.
Насторожившийся Василий, услышав слова «аномалия» и «противник», тоже вскочил со своего кресла, подлетел к дверям рубки и за пояс выдернул из проёма Егорова, одним движением отбросив командира обратно в салон. Та же участь постигла и пилота катера. Со словами «Исчезни, салага» Василий выбросил парня из ложемента. Прыгнув на его место, он с пулемётной скоростью вбил в компьютер управления коды боевых команд и, переведя кораблик на ручное управление, рявкнул опешившему пилоту:
– Метнулся в салон и пристегнулся насмерть!
Молодой лейтенант попытался что-то вякнуть в ответ, но выписанный рыжим стремительный вираж заставил его прикусить язык и поспешно последовать полученному приказу.
Несмотря на своё раздолбайство, Василий действительно был пилотом от Бога. Отлично зная все типы кораблей и их модификации, он наизусть помнил все коды, дававшие пилоту доступ к резервному энергопитанию и позволявшие выводить любой двигатель на почти форсажный режим.
Адмиральский катер, не приспособленный к истребительским перегрузкам, буквально стонал, выписывая фигуры высшего пилотажа и уводя своих пассажиров из-под огня противника.
Скрипя и дребезжа всеми сочленениями, катер проваливался в стремительное пике, закладывал петли и бочки, а пилот, яростно оскалив зубы, с весёлым матом гнал машину в сторону флагмана эскадры.
Их заметили, когда кораблик едва не врезался в борт крейсера. Василий умудрился буквально прилепиться к борту корабля, оказавшись между обшивкой и включившимся энергетическим щитом.
Егоров, видевший этот манёвр со своего места, не мог поверить собственным глазам. Но когда пространство вокруг катера залилось жарким маревом, восхищённо выругался:
– Васька, твою мать через семь гробов, в клюз и на клотик… Ты с нами чего вытворяешь? А если бы зацепило?
– Не зацепит. Я специально катер именно сюда загнал, – ответил пилот, лихо тряхнув рыжими вихрами.
– Куда сюда? – не понял Егоров.
– Кормовая часть крейсера.