Прохлада окутала тело, и я крадущимися быстрыми шагами направилась к лестнице, которая вела на первый этаж. Мозг уже прорабатывал все варианты исхода встречи с Алеем, а я тем временем добралась до лестницы и, прислонившись к прохладной стене, чуть наклонила голову вперед, чтобы можно было видеть холл первого этажа.
Повисшую тишину вдруг нарушили уверенные шаги, и я, как статуя, застыла на месте, даже моргать забыла от чего-то и через какое-то время почувствовала дискомфорт в слизистой глаз.
Наконец из-за двустворчатой двери показался юноша.
Сегодня он был невероятно красив. Белые волосы чуть растрепаны, а бледное лицо с заострившимися чертами выглядело неимоверно притягательно и мило. Мое сердце разрывалось сейчас на части, и я бы сорвалась с места и кинулась к нему в объятия, но, к сожалению, мои ноги будто приросли к полу, налились бетонным раствором, и я не могла не то, что ими пошевелить, я и вздохнуть-то не могла, боялась, что вдруг он меня услышит и снова улизнет. Не захочет видеть меня.
Поэтому я, обратившись в изваяние, старалась слиться со стеной. Мне казалось, что сейчас со стороны я была похожа действительно на статую, и только глаза оставались живыми, так как они следили за всеми движениями Ангела. Вот он оглядывается по сторонам и, видимо, кого-то заметив, подзывает к себе. Его голос, словно тихий шелест ветра, разносится по пустынному холлу, но до меня не долетает ни единого слова, они так и оседают на просторах первого этажа.
Тощий человек, одетый в серую тунику, выслушав Алея и низко поклонившись, вышел в том же направлении, откуда и прибыл, оставив парня вновь одного.
Тот несколько минут стоял без движения, и лица его невозможно было рассмотреть, потому что большая его часть была скрыта за волосами. Я совсем перестала дышать, только короткими рваными толчками бился пульс в висках. Я ощущала себя подглядывающей за мальчишками в раздевалке школьницей. Щеки тут же покрылись румянцем от стыда, что веду себя подобно малолетней девчонке, но поделать с собой ничего не могла.
Этот парень просто перемешивал все мои эмоции и чувства внутри, превращая их в коктейль под названием «девчачья наивность». Мне захотелось вдруг отпрянуть назад и вжаться в стену так, чтобы раствориться в ней, соединиться с побелкой, но я почему-то и с места не двигалась, так и стояла возле перил и пожирала парня глазами. Оказывается, я соскучилась по нему, соскучилась по его нежности и искренности в глазах, по его чистоте и простоте.
