— Нет, Амин, не знала, — отстраненный голос, что вырвался из моего рта, совсем был не похож на мой.
Я отпустила мальчишку и, облокотившись о стену, уперлась невидящим взглядом в потолок. Вот и закончится жизнь молодой девчонки в выгребной яме. Не думаю, что она мечтала о таком будущем для себя.
— Госпожа, — Амин трясет меня за плечо, — нужно идти, госпожа, мэрои Лисан будет злиться, если узнает, что вас не было дома.
Он тянет меня за ладонь, и мне приходится поддаться. Я, словно во сне, иду за слугой, не хватало, чтобы мальчика еще наказали из-за меня.
Достаточно одной загубленной мною жизни.
Я нахожусь в таком подвешенном состоянии, что даже не замечаю, когда мы успели выйти из этого загадочного туннеля и как оказались в нескольких метрах от моей комнаты. Амин, не останавливаясь ни на секунду, продолжал меня за собой тянуть, как сломанную машину на тросе. Я очнулась, только когда осталась одна в комнате. Заплакать бы, завыть в голос от страха, от боли, от одиночества, но слез почему-то нет, как и эмоций, хотя по идее они должны переполнять меня.
Откидываюсь на постель и закрываю глаза. Хочу ужасно домой, в свою теплую мягкую постельку, к Катьке ненормальной и на любимую работу.
В голове тут же закрутились картинки из прошлой жизни, сменяясь быстрыми кадрами, как будто отрывной календарь положили на стол и решили полистать.
Дни календаря сменялись так быстро, что только по ярким вспышкам на листах я узнавала тот или иной кадр из своей жизни.
И этих ярких листочков было настолько мало, что я изумилась увиденному.
Оказывается, я и не жила вовсе, а лишь существовала в теле Лены. Божечки, я теперь разговариваю о самой себе в третьем лице, это плохо. Очень плохо. Ведь я начинаю воспринимать себя, как что-то не настоящее, ушедшее в прошлое. Надо менять ситуацию, я не хочу быть идой, не хочу быть прислужницей даже для Императора. Но когда до меня спустя секунду дошло, что я теперь даже таковой не являюсь, под ложечкой засосало, и в груди похолодело от дурного предчувствия. Я села на кровати.
Ну, как тут уснешь, когда теперь каждую минуту буду думать только о наказании, которое последует после того, как наконец-то обнаружат, что я больше не священна. Амин, зачем же он мне сказал? Лучше бы это было нежданное открытие.
Я встала на ноги. С пяток и вверх пошло мелкое покалывание, так как будто я ноги отсидела. Прохожусь по комнате, и есть ощущение, что я своим белым силуэтом как будто тьму прогоняю. Дохожу до двери и прислушиваюсь к тишине.
