Резкий выкрик за приоткрытой дверью в коридор заставляет вздрогнуть всем телом, и я чуть не роняю от испуга сосуд с раствором.
— Матерь Божья! — выдыхаю и больше не задумываюсь ни на секунду, опрокидываю в себя содержимое.
Огненная горечь прокатывается по пищеводу, и у меня глаза готовы вылезти наружу, поэтому плотно приходится смыкать веки и дышать, дышать через нос, чтобы хоть как-то сделать глоток воздуха. Упираюсь рукой в стену. Мне сейчас просто жизненно необходима опора, а не то можно свалиться от этого удушливого вкуса в обморок.
— Это издевательство над личностью.
Спустя минуту язык, наконец, может шевелиться. Я чуть прикусываю его зубами, проверяя на чувствительность. После выпитого раствора его просто свело от этой горечи.
Пока я прихожу в себя и мысленно успокаиваю разбушевавшееся от страха сердце, дверь со свистом распахивается, и на пороге появляется все та же рабыня, что помогала мне одеться.
— Госпожа, госпожа, — задыхается она, а у нее на лице я вижу явную отметину от ладони, — его высочество требует вас вниз.
В ее глазах застыл ужас, делая взгляд почти стеклянным.
— Уже иду, — отталкиваюсь от стены и на негнущихся ногах следую за рабыней, которая то и дело поглядывает на меня с опаской.
Дорога до лестницы показалась настолько короткой, что я успела всего два раза сделать вдох. Паника заслала мозг в тот момент, когда я поставила ногу на первую ступеньку лестницы, ведущей вниз.
Громкие голоса заполнили все пространство первого этажа.
Мужской смех, словно приглушенный рокот грома, разносился по пустому помещению, и меня от этого звука пробрала дрожь. Ужас захватил мой разум, и я, все еще пытаясь овладеть своим рассудком, принимала разные попытки отвлечься от происходящего. Считала числа до десяти, потом устраивала дыхательную гимнастику, от которой после нескольких минут закружилась голова, ну а дальнейшие попытки были уже бессмысленны, так как рабыня не долго думая толкнула дверь в гостиную, и передо мной предстала картина, от которой просто захотелось встать на колени и завыть зверем.
— О, моя дорогая Лейалана, бывшая ида нашего Императора, да хранят его здоровье Небесные Боги, проходи, не стой в дверях.
Я делаю шаг внутрь, и дверь за моей спиной тут же закрывается, а на меня обращаются несколько пар мужских глаз.
— Познакомьтесь, друзья, это моя драгоценная находка, — Принц манит меня пальцем, и я нерешительным шагом направляюсь к нему.
