– Подождешь меня? Пять минут, не больше! Или поднимемся?
Теперь усмехнулась она:
– К тебе в номер? Гриша, ей-богу, смешно! Ты решил меня соблазнить?
Он не смутился:
– Ага. Так и есть. Ну что, будешь сопротивляться?
– Не буду. Просто не поднимусь. И извини – ждать тоже не буду.
Он сложил ладони в молитвенном жесте.
– Ладно, – вздохнула она, – иди за своим подарком. У тебя пять минут.
Он бросился к лифту.
Уже раскрылась лифтовая дверь, и она увидела синий ковер на полу кабины, и огромное зеркало в витой золотой раме, и услышала музыку, льющуюся из динамика.
– Гриша! – отчаянно выкрикнула она. Горло перехватил сильный и острый, как укус осы, спазм.
Он замер, обернулся.
Как он смотрел на нее!
Люба сделала шаг вперед.
Его номер был рядом, почти напротив лифта.
Карточка открыла дверь мгновенно. Карточка не ключ, она не боится дрожащих рук.
Они бросились друг к другу, позабыв закрыть дверь.
Но умная дверь закрылась сама.
А дальше… Дальше была сама жизнь.
Уходя, она бросила:
– Все, Гриша. Больше мы не увидимся.
И умоляю, ничего не отвечай!
Он не ответил.
«Зачем? Зачем, – думала она. – Я просто рехнулась. Отомстила? Кому? Илье или Грише? Обоим? Анекдот, чистый анекдот, и все. Или вся моя жизнь анекдот? Какой я оказалась лгуньей – столько лет обманывать саму себя! Да идите вы оба! И один, и второй! Оба использовали меня. И оба мне врали. Оба предавали меня. Или это я их использовала? А что, хорошая мысль, интересная!»
Ей стало смешно.
Илья встретил у двери, в глазах беспокойство. Сразу сто дурацких вопросов: «Где, зачем, почему так долго, голодная, замерзла?»
«Господи, остановись.
Замолчи, умоляю».
Сослалась на мигрень. Принес таблетку и чай, укрыл одеялом.
«Заботливый, – усмехнулась она. – Ну-ну. А что, заслужила. Долгой и верной службой длиной в целую жизнь».
Таблетку выпила – вот не надо врать про здоровье! И вправду начала болеть голова. И чай выпила, сладкий, с лимоном, такой, как она любила. Потянулась за телефоном, чтобы выключить звук. Увидела сообщение. Гриша.
Господи, ну просила ведь! И он обещал!
Впрочем, разве он когда-нибудь выполнял свои обещания?
Разозлилась, сначала даже смотреть не хотела, а потом посмотрела – женщина.
Там было совсем коротко:
«Ты – самое лучшее, что было в моей жизни».
Люба усмехнулась: «Да-да, как же, как же, знаем мы вас».
Но было приятно. Сообщение не стерла, черт с ним. Если кто-то увидит – тоже черт с ним. Ей все равно.
Повернулась на бок, уютно укрылась, зевнула и приготовилась спать.
