– Да, пожалуйста, – разрешаю, пожалуй, действительно радуясь, что Алан настоял на своём.
Ольга Дмитриевна тоже замечает меня и как танкер направляется в нашу сторону.
– Бесстыжая! Да как тебя земля до сих пор носит! – не успев подойти, начинает свою тираду, громким голосом привлекая внимание прохожих. – Ишь, вырядилась! И как, хорошо тебе живётся на денежки, что ты выпросила? Совесть не мучает? Мало того, что Олеженьку опозорила, так ещё и Петька тебе всю свою зарплату за полгода отдал! А я с голоду подыхать должна? Ничего! Погоди! Ты у меня попляшешь! За всё ответишь! Как миленькая! – шипит, тыча в меня толстым коротким пальцем, на котором красуется свежий маникюр и золотое кольцо с большим ярко-красным камнем.
– Ещё и хахаля себе завела. Проститутка!
Как-то по ней и не скажешь, что она не доедает, но упоминание про деньги Петра Николаевича неприятно царапает. Я не знала, что он отдал на операцию Насте свою зарплату за полгода. Собираюсь ответить, но Егор успевает вмешаться вперёд меня.
– Михайлов Егор Александрович, – представляется официальным тоном, сунув ей прямо под нос своё удостоверение. – За любое оскорбление Ясмины Анатольевны, тем более в публичном месте, я имею полное право требовать штраф и компенсацию морального ущерба.
– Какой штраф?! Какая компенсация?! Это она должна мне выплатить и штраф и компенсацию! – женщина кидается на мужчину как разъярённая курица.
– Я вас предупредил, – чеканит ледяным тоном, тем самым сбавляя пыл моей бывшей свекрови.
– А сейчас дайте пройти. Иначе я буду вынужден вызвать полицию. Доказательства ваших угроз записаны на камеру, – показывает на здание суда и на свой диктофон.
– Это мы ещё посмотрим, – цедит сквозь зубы Ольга Дмитриевна, но с дороги уходит.
Глава 46
Егор отгораживает собой разъярённую женщину, пропускает меня вперёд и идёт рядом, подстраиваясь под мой шаг.
Несмотря на его помощь, матери Олега всё-таки удалось выбить меня из колеи.
И дело даже не в оскорблениях, которые меня нисколько не задели, а в той информации, что я узнала о Петре Николаевиче.
– Егор… Александрович, – обращаюсь к мужчине, резко останавливаясь. – Мне нужно позвонить.
– Если звонок не займёт много времени. – Михайлов бросает взгляд на наручные часы.
– Думаю, я успею, – говорю это больше себе, чем юристу Алана. Иначе я просто с ума сойду от неизвестности, чувствуя себя виноватой, что лишила семью денег.
