Бедняжка так расстроилась, узнав о кончине Вероники Григорьевны, так плакала, так убивалась, что пришлось ее госпитализировать. Сейчас Лиза в клинике. Вы все тут испытали огромный стресс. Никита тоже увезен в лечебницу, для него оказалось тяжелым испытанием услышать о смерти бабушки. Ведь в семье это вторая смерть за последние дни. Да вы же все знаете…
– Понятно, – протянула я.
– Голубушка, – заулыбался Алексеев, – вот, держите.
В моей руке оказались купюры.
– Купите себе вкусного, – журчал Володя, – икорки, рыбки, пирожных, стресс надо заедать.
Мы уезжаем, тело Вероники отправлено в морг, Никита и Лиза в клинике, о Настеньке тоже позаботимся. Вы ступайте к Раисе, ясно?
– Ага.
Володя улыбнулся:
– Знаете, Милада очень любима народом.
– Я в курсе, читаю ее книги.
– Превосходно! Нравятся?
– Очень.
– Чудесно! Поймите, голубушка, не дай бог до «желтых» газет дойдет информация о падении Ники из окна. Такой вой поднимут! Напридумывают, наврут, взбудоражат людей. Миладе работать не дадут.
– А ее же дома нет, – ляпнула я.
Володя кивнул:
– Верно. Вам я открою тайну. Смолякова легла на операцию.
– Ой! Заболела!
Алексеев усмехнулся:
– Да нет. Подтяжку сделала, хочет моложе казаться. Естественно, этот факт попытается скрыть любая женщина, поэтому Ми потихоньку смылась в Швейцарию, но на днях уже вернется.
– Ага.
– Голубушка, надеюсь, вы не станете болтать лишнего? – ласково предупредил Володя. – На все вопросы посторонних, подчеркиваю – посторонних, людей следует отвечать: «Ничего не знаю».
– А так оно и есть, – затрясла я головой, – верно. Ниче не видела и не слышала.
– Умница, – кивнул Алексеев, – кстати, думаю, вам, молодой женщине, надо подумать о карьере. Вот что, дней через десять приходите ко мне в «Марко», возьмем вас уборщицей.
Я молчала, Алексеев прищурился.
– Думаете, чушь предлагаю? Ан нет, голубушка, в «Марко» перед вами широкий путь. Сначала простая поломойка, затем бригадир, начальник участка, заведующая хозяйственным отделом, вице-директор по коммунальным услугам.
Карьера! Ясно?
Я кивнула.
– Вот и чудесненько, – сверкал улыбкой Алексеев, лицо мужчины приобрело нормальный цвет, а из глаз улетучилась настороженность, – в «Марко» ценят трудолюбивых, умеющих держать язык за зубами сотрудников.
Раю я нашла на кухне.
– Вот ужас-то! – всплеснула руками домработница. – Инсульт. Ой, жуть!
– Чего делать надо? – осведомилась я.
– Зайди в комнату к Нике, – нервно заговорила Рая, – и прибери там.
