Платье с запахом, немного отрывает грудь, но я натягиваю его плотнее, стараясь прикрыться.
Это соблазнительно?
Кручусь возле зеркала. Пусть будет так. Надеваю черные капроновые колготки, туфли, которые для меня выбрала Екатерина. Крашу ресницы, губы – блеском, оставляю волосы распущенными. Закидываю в небольшую сумочку телефон и спускаюсь вниз.
Эсма вернулась. Она стоит над Яной и наблюдает, как та чистит специальным пылесосом ковер. Старая ведьма хмурит брови, явно недовольная работой Яны. Женщина кидает на меня недобрый взгляд.
Отворачивается, даже не здороваясь. Странная женщина. Не то чтобы я спешу с ней общаться, но все же. Жалко Яну, эта карга теперь замучает ее. В доме стерильная чистота, но ведьма чем-то недовольна. Ах да, за пару дней я перевернула ей кухню, назло расставляя посуду и баночки в хаотичном порядке.
— Вот здесь пропустила, — указывает она Яне, и та начинает водить щёткой пылесоса сильнее.
— Мне кажется, уже достаточно чисто, — громко выдаю я, чтобы спасти от ведьмы Яну.
Эсма сжимает губы, убивая меня черным взглядом, но кивает, соглашаясь и освобождая Яну.
Странная женщина.
Очень странная.
Иду в прихожую, накидываю пальто, смотрю в окно на накрапывающий дождь. Так плохо думать, но мне жаль, что Эсма так быстро выздоровела. Когда ее не было, было комфортнее. Мне, в принципе, нравится этот дом. Он уютный, светлый, красивый. У Эмина хороший вкус, есть чувство стиля, только за это нельзя полюбить.
Черный внедорожник подъезжает прямо к крыльцу. Выхожу, как всегда открываю заднюю пассажирскую дверь и понимаю, что Эмин за рулём.
— Садись вперед, — велит он мне. Пересаживаюсь. Выезжаем со двора. Необычно видеть его за рулем, нас всегда возит водитель. — Как прошел твой день? — интересуется он, смотря на дорогу.
— Нормально.
Глубоко вдыхаю. В машине пахнет его терпким тяжёлым парфюмом.
— Чем бы ты хотела заняться?
— В каком смысле?
— Есть какие-то цели, мечты, стремления? Дополнительное образование, собственное дело? Творчество? Все что угодно.
Возможности безграничны.
— Какой в этом смысл, если ты запер меня дома?
— Не нужно делать из меня тирана и абьюзера. Я хочу, чтобы ты развивалась и жила полной жизнью, но без планов побега.
— Нет уже никаких планов, некуда бежать…— сглатываю, отворачиваясь к окну.
— Ты не ответила, чем хочешь заниматься, — настаивает он.
— Я подумаю.
Раньше у меня были планы, я куда-то стремилась и много чего хотела. Сейчас все приоритеты сбиты.
— Подумай.
