– Если у нас из-за тебя проблемы будут, учти, тебе несдобровать. По-хорошему советую сейчас догнать Умарова и сказать, что сама нарвалась."
"Смотрю на него широкими глазами и поражаюсь, насколько все несправедливо. Почуяв беду, он решил выкрутиться из положения моими руками, запугивая. Нервно сглатываю, потому что понимаю, не сделаю, как просит, действительно исполнит угрозу. И стоящий за его спиной Петя подтверждает мысли.
Нервно сглатываю и неуверенно киваю. Мне нужна передышка. Готова пообещать что угодно, лишь бы только отстали, ушли.
- Не слышу. Поняла, что надо сделать?
- Д-да, - заикаясь отвечаю, сильнее кутаясь в пиджак Умарова, который становится сырым и больше так не греет.
Лишь аромат его парфюма пропитывает меня насквозь, вкусный такой, древесный с цитрусовыми нотками. Коля усмехается своим мыслям и снова скалится.
- Вот и молодец, - поправляя лацканы чужого пиджака, говорит и уходит, а я все стою в коридоре, не зная, что делать дальше.
Звонок на пару выводит из ступора. Коридоры пусты. Не хочу никуда идти и ничего объяснять.
Если сделаю это, то мажоры победят и все равно будут издеваться. Неизвестно, в какое русло их может свернуть. Сердечко пропускает удар от страха того, что со мной могут сделать, почувствовав, что я прогибаюсь по щелчку.
Но если у них будут проблемы, они еще сильнее могут слететь с катушек и более жестоко наказать за неподчинение.
Я запуталась. Страшно и то и другое. Вопрос в том, что страшнее. После чего последствия более катастрофичны для меня.
Пожалуй, сегодня я прогуляю оставшиеся пары.
Запястье снова простреливает болью, как бы намекая, что сейчас важнее. Спешу в медпункт к нашей Зое, не помню отчества милой пожилой женщины. Она встречает меня с охами-ахами и начинает суетится.
Рентгена у нас, разумеется, нет, поэтому женщина строго наказывает срочно идти в районную поликлинику и просветить руку. Это я и без нее понимаю. Нужно исключить все, иначе можно получить серьезные проблемы. Как срастется не так, еще специально ломать будут. Бр-ррр.
Не хочу.
- Иди милая, - перевязав руку эластичным бинтом, отправляет меня в путь. – Травматологи есть дежурные. Не примут, на скорую иди.
В очередной раз повторяет, а я улыбаюсь, хотя на душе так паршиво, что плакать хочется. От боли. От несправедливости. От страха.
Хочу домой, к бабушке, лечь головой на ее колени и часами болтать ни о чем. Но это мечты. До зимних каникул еще далеко. Увы. Придется справляться самой.
Попрощавшись с врачом, бреду по пустым коридорам.
