По низу живота раскатились горячие и невыносимо сладкие волны острого удовольствия.
— М-м-м, — стонала я ему в пиджак, потому что перед самым пиком он сам прижал к своему плечу мою голову, чтобы я не застонала на весь зал, не сумев сдержаться. — Боже…
Рука вернула на место влажное бельё и наконец убралась из-под моего платья. Я открыла глаза и, пытаясь справиться со сбившимся дыханием, снова посмотрела на него. Он вытирал пальцы салфеткой…
— Я бы с удовольствием слизал с пальцев тебя, — снова наклонил он голову ко мне, вгоняя в краску и заставляя чувствовать возбуждение снова.
— Ты вкусная. Но меня не поймут другие гости банкета. А вот дома…
— Ясмин! — услышала я радостный голос Заремы позади себя. — Как здорово, что мы сидим рядом.
Она оказалась рядом со мной — на соседнем стуле. Возле нее с другой стороны сел хмурый Самир. Такой компанией он, конечно, был недоволен, да и я испытала бы неловкость, но только что полученный оргазм пока вышиб все другие эмоции.
— Да, это очень… здорово, — еле выговорила я, пытаясь унять прыгающее в груди сердце и немного путаясь в словах.
— Что с тобой, дорогая? — тревожно спросила меня сестра. — У тебя испарина на лбу и щёки красные. Ты заболела?
На этих слова Горский спрятал улыбку на губах.
— Нет, всё… Всё в порядке, — заверила я ее. — Просто тут душно.
— Душно? — удивилась Зарема. — Странно, мне даже холодно. Тебе плохо, Ясмин?
— Ей хорошо, Зарема, — всё-таки вставил свои пять копеек Горский, и я покраснела ещё больше.
— Очень хорошо.
— Что-то не видно по ней, — не поняла его слов сестра. — Может, ей выйти на воздух? Идём.
Она потянула меня за руку, поднимая со стула, и я спешно стала поправлять платье, покосившееся по вине Гора.
— За вами пойдет мой охранник, — предупредил он нас. — И недолго! Жасмин.
— Ладно, — ответила я. — На балконе подышим свежим воздухом и вернёмся.
— Осторожнее, — сказал он, кинув на меня тяжёлый взгляд.
Глава 46
— Так что случилось, милая? — накинула мне на плечи Зарема моё пальто, которое мы взяли из гардероба.
Сама она тоже оделась. На балконе было очень холодно, но мне и вправду стало легче. Холодный воздух остудил горящие щеки.
— Да ничего, правда, — улыбнулась я и взяла сестру за руку. — Как я рада тебя видеть!
— И я, — погладила она меня по щеке. — Я думала, что Горский не позволит нам снова увидеться.
— Да, он не хотел, — опустила я голову, снова ощущая жгучую обиду в душе.
