Избаловала ты дочь. Ох, избаловала!
Когда обе женщины скрылись в коридоре, племянница сказала еле слышно:
— Прости, тетя. Я нечаянно.
— Я не сержусь на тебя. Просто впредь будь осторожна и не хватай со стола все подряд, так ведь можно и пораниться, и обжечься.
Малышка вытаращилась на меня своими большими карими глазенками в обрамлении длинных ресниц. Из троих детей она больше всех походила на Марику, Замир и Флори пошли в Готаров — светлоглазые и светловолосые."
"Я и правда не злилась на эту малявку. Сейчас Тучка смотрела на меня с любопытством, без опаски и нахмуренных бровей.
Чем-то она напоминала маленького медвежонка.
— Сколько тебе лет, Виви?
— Три, — ответила девочка без раздумий и перевела взгляд на мою кисть. — Болит ручка? А можно посмотреть?
Я кивнула. Она протянула обе руки ладошками вверх, и я вложила на них пострадавшую кисть.
— Бедная. А ты можешь вылечить себя?
— Это не так страшно, Вивиан. Заживет само.
Малявка очень внимательно изучала ошпаренную кожу, хмурилась, а потом вдруг наклонилась и чмокнула тыльную сторону ладони.
Я инстинктивно дернулась, готовая к боли, но ничего не почувствовала.
— Больше болеть не будет, — сообщила Тучка так серьезно, будто была на сто процентов в этом уверена.
В этом было что-то трогательное, и я улыбнулась, а потом потрепала упругие кудряшки здоровой рукой.
— Ты добрая девочка. Ну-ка, садись ко мне. Давай поболтаем.
Девчушка ловко вскарабкалась мне на колени. А то! Опыт точно есть, вон она как на матери висит.
Как кокос на пальме. Сережка у меня тоже был ручным, а среди ночи просыпался и ревел, что мама его в свою постель из родительской отнесла.
От Виви сладко пахло маленьким ребенком, я уже успела забыть этот запах. А теперь снова… как будто в молодость окунулась. Странно даже.
Это все мое молодое тело мозги дурит, точно-точно!
— Мама сказала, что ты тоже добрая.
— Да? А какая еще?
Вивиан захлопала глазенками.
— Я… не знаю. Красивая, — она подцепила кончик моей косы. — Волосы как у Дафины.
А ты правда моя тетя? Не заколдованная принцесса?
Нелюдимый на первый взгляд ребенок оказался разговорчивым. Как будто чудесное спасение от кипятка заставило ее доверять мне. Она все никак не могла поверить, что я тоже ее тетушка. Где-то услышала, что Олетта заколдована, поэтому ее заточили в монастыре. Детский мозг сделал свои собственные выводы.
Вскоре вернулась Марика с пожилой нянькой, которую звали Тита. Она, громко охая, подхватила Тучку на руки.
