Была видна главная городская площадь, здание театра, сквер… Часть крыши занимала крытая галерея, где цвели тропические цветы. Понятно было, что хозяин квартиры стремился произвести впечатление на гостя, приехавшего из Москвы, показать ему свои финансовые возможности. Проследив за взглядом Гурова, внимательно разглядывавшего обстановку пентхауса, Селезнев произнес:"
"– Вы не думайте, что эта галерея такая маленькая и что здесь, на остальной крыше, зимой мороз стоит. Вовсе нет! Стеклянная крыша раздвигается и накрывает все пространство.
Так что зимой здесь тепло и можно сидеть и любоваться пейзажем. Правда, наш город зимой не так красив, как Париж или Рим, но тут уж ничего не поделаешь!
И застройщик засмеялся, довольный собственной шуткой. Однако Гуров вовсе не собирался разделять его веселье.
– Может, наши города потому и не похожи на Париж или Рим, что люди, вроде вас, не готовы им в этом помочь, – сказал он. – Как я понимаю, вы обращались к Денису Котову за разрешением на принудительное выселение жильцов с Дегтярной улицы, где вы собрались возвести… А что вы там, кстати, хотели построить?
– Я там собирался построить торгово-развлекательный комплекс, – заявил хозяин квартиры.
– И я его обязательно построю!
– Ну да, ведь Котов убит, и вы рассчитываете, что новый руководитель департамента даст вам нужное разрешение…
– Вы на что намекаете? – воскликнул Селезнев. – Хотите сказать, что я Котова заказал? Ничего у вас не выйдет! Не было этого! И вовсе я на смерть Котова не рассчитывал.
Я другим путем своего добьюсь. Просто тупо дам этим бабкам – ну, жильцам этих развалюх – больше денег, вот и все. Ведь там, на Дегтярной, все в деньги упирается. Как, впрочем, и везде…
– Но вы признаете, что Котов вам мешал?
– Да, небольшую помеху создал, – признал застройщик. – Но вы знаете, сколько таких помех у меня каждый день возникает? Если бы я их все устранял, убивая тех, кто мне мешает, то весь город пришлось бы трупами завалить! Нет, я так проблемы не решаю.
И никто их так не решает.
– Вы предлагали Котову деньги?
– Нет, что вы, как можно! – всплеснул тот руками, изобразив на лице полнейшую невинность.
– Послушайте, Селезнев, – сказал Гуров, наклонившись через стол к хозяину пентхауса. – Совершено три убийства. Даже одного из них было бы достаточно, чтобы поставить на уши всю полицию, вообще все правоохранительные органы.
