Как вы не понимаете? События приближаются к развязке, и моя задача – сделать так, чтобы эта развязка привела к установлению и аресту убийцы. Никто, кроме меня, этого сделать не сможет. А вы говорите – уехать…
– Ну, если сами не хотите ехать, то давайте я хоть позвоню капитану, чтобы он привез нашего врача, – предложил лейтенант.
– Ладно, на это я могу дать «добро», – кивнул Лев. – Все равно нужно позвонить Коптелову, рассказать ему о событиях минувшей ночи. Так что ты звони, а я, пожалуй, пойду в свою комнату да посплю часок.
Но сначала – Аркадий. Пошли, поднимемся к нему вместе. Ты понял, какую линию мы будем держать? Установка такая: против него имеются серьезные подозрения. Он у нас – главный подозреваемый. Но улик для его задержания и помещения под стражу недостаточно. Поэтому я считаю твои действия чрезмерными. Впрочем, я сам все это скажу.
Глава 25
Оперативники направились в комнату Ширейко. Здесь Гуров снял с секретаря наручники и изложил ему положение дел – изложил в том духе, как только что объяснял это лейтенанту.
– Так что вы пока свободны, – сказал он в заключение. – Но свободны только в пределах этого поместья. Покидать его границы я вам не разрешаю. Следствие продолжается, и вскоре я надеюсь окончательно все выяснить и составить полную картину всех событий. Тогда будет установлена виновность каждого, причастного к совершенным здесь преступлениям, и будут сняты ограничения с тех, кто ни при чем. А на других, наоборот, наложат ограничения свободы, и весьма суровые.
Если Лев ожидал горячего изъявления благодарности со стороны секретаря, то он ошибся.
Аркадий отреагировал довольно сдержанно.
– Хорошо, что вы пресекли вопиющее беззаконие, которое допустил этот ваш сотрудник, – кивнул он в сторону Мироненко. – Я могу повторить лишь то, что уже говорил ему: к сегодняшнему нападению на вас я непричастен. Я не знаю, как одежда нападавшего и его нож оказались у меня под подушкой. Я вообще непричастен ни к каким преступлениям, которые здесь совершались. И надеюсь доказать свою невиновность.
– Весьма содержательная речь, – усмехнулся Лев. – Хоть сейчас можно с такой речью выступать в суде. Не знаю, сможете ли вы убедить судью. Меня вы, во всяком случае, пока не убедили в своей полной невиновности. Так что нам еще придется побеседовать.
После этого оперативники спустились в комнату Гурова."
"– Прежде чем завалиться на боковую, хочу кое в чем удостовериться, – сказал он. – Во-первых, прошу меня разбудить сразу, как приедет Коптелов.
