И только лишний раз покажу, что мне трудно находиться в его обществе. Одна надежда на то, что Марат не станет меня касаться… Хотя… Очень мало надежд, зная его. И его тягу ко мне…
— Ладно, поехали.
10.
Ехали молча под музыку какой-то радиостанции, которая сейчас меня злила своими глупыми песенками о любви. Мне не скоро светит окунуться в нее вновь. Да и была ли любовь у нас с Марком? Наверное, нет, раз я оказалась с Маратом в одной постели.
Мерный гул мощного двигателя и музыка убаюкали меня. Бессонная ночь дала о себе знать, и я задремала.
Очнулась, когда авто уже стояло на месте, и по моей шее кто-то наглый водил носом… Легкий поцелуй в тонкую венку вызвал мурашки и заставил меня проснуться окончательно.
— Марат, — попыталась я увернуться от него и надавила на его грудь руками, желая увеличить расстояние.
Этот тип пользуется моим спящим телом уже второй раз! Подлец просто.
— Ты уверена, что хочешь всё забыть? Абсолютно всё? — Легко преодолел он моё сопротивление.
Поцелуй перешёл на губы, которые он просто ел, а не целовал.
Мужская лапа сжала ягодицу. Еле смогла оторвать его от себя. За окном я увидела бабушек на лавочке у подъезда Любы, которые с нескрываемым интересом наблюдали за нами. У Любы? И что мы тут делаем? Ничего не поняла.
— Да, уверена.
— А сможешь? — заломив бровь, поинтересовался он.
— Смогу, — рявкнула я и снова надавила на его грудь. — Уползи от меня!
— Посмотрим, — как-то хитро усмехнулся он и наконец вернулся на своё место, прожигая меня глазами. Обычно, когда у Марата такой взгляд, то он точно что-то задумал, просто сто процентов.
Понять бы — что? Ведь застанет врасплох, как обычно…
— Почему мы здесь оказались? — спросила я.
— Ты ведь тут жила последнее время. Иди, отоспись. Ты всю дорогу носом клевала, как ты собралась работать?
— Как это — отоспись? — оторопело переспросила я. — А как же рабочий день? Я же не могу прийти завтра как ни в чем не бывало и заявить: ""Дорогая Инесса. Всю ночь оголтело трахалась, так что потом проспала всё к чертям и не понимала, какой за окном идёт год, и мне нужен был выходной.
Так что сорян!""
На последних слова сделала довольно глупое выражение лица и развела руками. Марат засмеялся на весь салон.
— Ангел, по тебе театральное плачет.
— А я по нему — нет. Так как с работой-то поступим?
— Я договорюсь. Тебе дадут отгул, скажу Инессе сам.
— А вот этого не надо, — всполошилась я. — Она и без того уверена, что мы с тобой спим.
Марат посмотрел на меня долгим взглядом.
