Двадцать четыре недели, протекает нормально, жалоб на самочувствие нет. Полная информация о клинике, в которой стоит на учете, о враче, который ее ведет. Разве что результатов анализа мочи для полной картины не хватает. Но самое главное — отец неизвестен.
Да, бл**ь! От последней фразы волосы на руках дыбом встают. Так хотелось прочитать строчку «беременна от Васи Пупкина», а теперь снова неизвестность."
"— Выяснил, что хотел, — снова интересуется Олег, наблюдая за моей сумрачной физиономией.
— Нет, — признаюсь честно, не скрывая недовольства.
— За такой промежуток времени — это максимум информации, которой можно было достать. Да к тому же, я уверен, что если и дальше копать — результат не изменится. Девочка чистая, без хвостов. На фиг она тебе вообще понадобилась?
— Да, помочь кое-кому надо, — снова соврал, закрывая папку, — слушай, а я есть возможность узнать, кто папаша ее ребенка.
— Боюсь, что нет. Пока сама не озадачится этим вопросом — ничего не узнаешь.
Если, конечно, ты не собираешься ее похищать как в гангстерских фильмах, пытать и насильно делать анализы.
Я лишь фыркнул в ответ на эту глупость. Делать мне больше нечего!
— Насолила что ли кому? — допытывается Олег.
— Можно и так сказать.
В ответ выжидающе брови поднимает. Это самый любопытный чувак на свете. Он принес нужную информацию и ждет ответной откровенности.
— Есть подозрение, что один приятель имеет отношение к ее беременности.
Про то, что этот приятель живет в моих портках, я скромно умалчиваю.
— Так пусть у нее и узнает. Женщины всегда в курсе об кого беременны, если только не прожженные шалавы, раздвигающие ноги перед толпой мужиков.
Не смотря на настойчивость и раскрепощенность, Миронова на шалаву не похожа, совершенно. Даже мысли такой не возникает.
— Они не общаются, — поясняю относительно мифического ""друга"".
— Зря. В таких случаях руку на пульсе держать надо, чтобы потом боком не вышло. Может, она охотница за состоянием и будет деньги тянуть.
Или замуж очень хочет. Или шантажировать начнет. Да что угодно может быть!
Утешил!
— Я непременно передам.
— Мне-то по барабану. Пусть сам выкручивается, — Олег лениво усмехается, очень напоминая мне самого себя, когда уму разуму учил того сопляка, — если умудрился налажать.
Да уж. Налажал. И что теперь делать — хрен знает. Наташа девка упорная, хваткая. Вон как вцепилась в меня на дне рождения Сереги.
