Он что, только что отправил меня делать для него кофе?! Вот еврей, нет бы просто помочь, так он еще торгуется! Условия диктует!
Что-то мне подсказывает, что сопротивляться бесполезно. Если сейчас откажу, отправит прочь без зазрения совести.
Зубами скрипнула, на пятках развернулась и в приемную вышла, а он даже не посмотрел вслед. Ноль интереса!
Сумочку бросила на стул, и к кофемашине направилась, которая стояла на столике у окна. Включила ее, засыпала зерна и ткнула нужную кнопку. Пока машина гудела, выдавливая из себя горький напиток, я в качестве моральной компенсации несколько зефирок слопала, и удовлетворенно улыбнувшись, понесла заказ в кабинет к Злыдню.
— Пожалуйста! — поставила перед ним чашку. Он не глядя взял ее, отхлебнул, на миг задумался, а потом удовлетворенно кивнул, как бы говоря ""сойдет"".
Я терпеливо стояла рядом, ожидая его решения, а Лукьянов продолжал изводить меня молчание и пренебрежением. И когда я уже была готова снова пойти в атаку, он милостиво произнес:
— Можете воспользоваться компьютером в приемной.
— Спасибо, — еле сдержалась чтобы в ноги ему не поклониться, и ретировалась из кабинета. Рядом с ним во мне просыпалась что-то странное, кровь быстрее бежала, потому что хорош мерзавец, и мысли о том, как с ним ребенка заделать все навязчивее становились.
Усевшись в удобное офисное кресло с высокой спинкой, покачалась туда-сюда и включила компьютер.
Он начал грузиться.
Грузился, грузился и наконец загрузился, до того самого момента, когда пароль надо было вводить
И что теперь? Стала перебирать самые распространенные варианты: один, два, три, четыре, пять; пять нулей, пять единиц, и так далее, но все бесполезно.
Черт бы тебя подрал! Стиснув зубы, снова к Ффею в кабинет поплелась, дверь приоткрыла, просунулась по плечи и сообщила:
— Там пароль!
— Естественно, — не отрываясь от своего занятия подтвердил он.
Я обескураженно замолчала, не зная, что дальше делать.
— И-и-и-и-и?
— Что и-и-и-и-и? — брови поднял, равнодушным взглядом смерив.
— Вы мне его скажите? Или сами введете?
Он поставил последнюю подпись, сложил листы ровной стопочкой, положил их в зеленую папочку, а папочку на край стола подвинул, аккурат в моем направлении:
— Это в сорок третий надо отнести.
Чего бл***??? Он надо мной глумится?
Злыдень смотрел спокойно, ожидая моего решения, проверяя на вшивость. Ища повод, чтобы отказать и отправить меня ни с чем.
