Вроде бы он сказал это слово совершенно спокойным тоном, но всего от четырех букв мороз по коже!
Кларский небрежным жестом открыл бардачок и вытащил на свет железный кастет. Ника думала, что сейчас он откроет дверь и ломанется к этим двоим, но парень спокойно надел кастет на пальцы.
Выходить никуда он не спешил. Явно пока что наблюдал за парочкой. Ника тоже наблюдала, предчувствуя что-то плохое. Правда, говорить что бы то ни было Нику она боялась. Мало ли что ему в голову взбредет, идиоту."
"Светловолосая девушка глядела на Кларского, а он молча смотрел на них сквозь лобовое стекло.
Он был обманчиво спокойным, но девушка явственно чувствовала его искреннюю ярость. Да и сама она была возмущена. Эта Оля не успел только бросить Ника, как уже сама целуется с каким-то типом!
– Это… та, которая, – все ж произнесла девушка вслух. – Она тебе нравится, короче, да?
– Да.
– Это… ты выйдешь к ним? – осторожно спросила она, поглядывая на кастет. По ходу, Укроп сейчас не в адеквате. Если выйдет с этим кастетом на того парня, тому, наверное, придется «скорую» вызывать.
А, судя по застывшей на веках Никиты прозрачно-туманной корочки злости – катафалк.
– Выйду. – В тоне парня не было сомнений.
– А почему не сейчас?
– Потому что я жду. – Было ей ответом.
– Чего?
– Развязки. Завязывай с вопросами. – Отозвался Никита.
В салоне повисло тягостное молчание.
– Ну, скот. Ты сам себе подписал смертельный приговор, – проговорил тоном беспристрастного судьи Никита.
– Да брось ты.
Слушай, зачем его бить? Поехали, а? – попросила Ника, понимая, что ее слова все равно не помогут.
Она потрогала своего спутника за локоть, призывая успокоиться.
Молодой человек перевел взгляд на слегка припухшее и покрасневшее запястье девушки, на легкую боль в которой она уже не обращала внимания. От изумления он даже тряхнул головой. Когда они были в ресторане, на руке Карловой ничего не было, а это значит, что… Это он так сильно сжал ее хрупкое запястье? Вот же черт!
– Руку, – коротко сказал Никита.
– Ммм?
– Руку дай. – И, не дожидаясь, пока Ника выполнит его просьбу, он сам взял руку девушки.
– Это я сделал? – внимательно изучая кожу, спросил парень.
– Ну как бы да. – Кивнула Ника.
– Прости. Я не заметил.
– Что? – не понял она.
– Я, правда, не хотел делать тебе больно. – Тихо проговорил Никита, проводя пальцами по девичьему запястью. Он никогда не поднимал руку на женщин.
– Что? – снова переспросила Карлова с недоумением.
