Но мы с девчонками решили поиздеваться над женихом и его дружками-пирожками и сделать так, чтобы Дэн невесту, ну меня, то есть, узрел лишь в самом ЗАГСе. В общем, решили устроить красивый праздник. Пройдя все конкурсы выкупа, Дэн и его парни должны были войти в квартиру, выслушать издевательское Маринкино соло на тему: «Ты прошел все трудности и препятствия, забирай невесту и проваливай», увидеть торчащий из кухни кусочек белой фаты, ломануться за ней, думая, что это я, и обнаружить закутанного в простынь Федьку с левой фатой на голове.
А я должна была в это время быть у соседей в квартире, чтобы потом выбежать и уехать в ЗАГС на ожидающем меня лимузине.
– До…? – с интересом спросил самый классный голос на свете. – До куда?
– До выкупа. Готовься, тебе, малыш-ш-ш, тебе будет реально плохо на нем.
– Уже готов, – отозвался Дэн голосом отважного морпеха. Тут же его тон поменялся, стал серьезным и невероятно милым. – Маш, прямо сейчас подойди к окну.
– Ну… хорошо.
Я выполнила его просьбу, распахнула окно и с улыбкой встретила новый день, день одновременно простой, как и все другие июньские дни, но и очень торжественный.
Очень важный. Свежий. Летний. Прекрасный.
– Смотри внимательнее, – прошептал Смерч в трубку.
– Куда?
– Вперед.
Я вгляделась вдаль. Белые и бледно-розовые легкие-легкие облака складывались в огромное неровное сердце, в середине которого блестело белым золотом просыпающееся солнце. А вдали, за крышами высоких и сонных еще домов, летело в небо множество воздушных шаров – ярких и больших, свободных, как ветер, и красных, как огонь.
– Помнишь? – спросил Дэн тихо. Глупости, но, кажется, труд визажиста мог пойти насмарку. Опять эти слезы на ресницах! Я сжала пальцы, чтобы матовые, с белоснежными узорами длинные ногти впились в ладони до боли. Жаль только, сердце сжать было нельзя – его просто переполняла щемящая нежность. Она все росла, росла, росла… А я смотрела вперед, не в силах отвести взгляда от воздушных шаров.
– Конечно, помню. Он тогда не улетел, напоролся на ветку и лопнул, – прошептала я.
Венера сморгнула со своих пышных ресниц бриллиантовую слезу.
– Ну, он просто знал, что ему нельзя нас покидать, – отвечал Денис с нотками медовой грусти в голосе. – Поэтому и остался. Я ведь много раз говорил тебе, что нас сводила сама Судьба, а мы этого тогда не замечали. – Его голос вновь стал веселым-превеселым. – До встречи… в ЗАГСе, Чип! Буду ждать с нетерпением. Хочу увидеть свою любимую в подвенечном наряде.
