В голове у него ветер, на уме – гормональные глупости, а язык этого парня – самый главный враг как его самого, так и тех, кто находится рядом. Одним словом, он – первостепенный болван и невежа. Кретин, короче, редкий."
"Все это я выскажу на одном дыхании. Потом, сделав паузу и судорожно вздохнув, я, немного смутившись, добавлю, что я все равно люблю его. И, кажется, буду любить всю свою жизнь. Чего уж там: любовь зла, полюбишь и… Смерчинского. Ну, ладно-ладно, я ведь уже говорила, что, по-моему, в нашей ситуации это выражение больше подходит ко мне: любовь зла, полюбишь и меня.
Но я исправляюсь, правда. И стараюсь сделать так, чтобы Денису было со мной так же хорошо, как и мне с ним. А мне с ним очень хорошо, поверьте! Так хорошо, что мне кажется, что у меня за спиной вырастают клубничные крылья. Правда, когда он меня достает, крылья куда-то временно испаряются, а мои головастики обзаводятся демонскими клыками и рожками. Кстати, на брата и сестру мы больше ни капельки не похожи. А жить с ним в одной квартире – это вообще большая умора.
Ненавижу, когда он складывает на меня свои руки и ноги в постели. И как валяется на полу, на пушистом ковре, и все время хватает меня за ноги, как мое котэ. Зато обожаю то, как он готовит завтраки. И как слушает рок на всю громкость колонок, одновременно что-нибудь читая, печатая на ноуте, переписываясь с друзьями и придумывая мне обидные прозвища типа Бурундук – Священное Животное. А еще я без ума от того, как он умеет…
Сквозь хрупкую дверь сна кто-то жутко умный стал нагло ломиться в мое сознание.
– Машка, давай быстрее! Парикмахер сейчас приедет. Вставай! – Марина и Настя в 4 руки вытянули меня из кровати, мигом разогнав и мысли в голове, и сон.
– Давай же, Бурундукова, тебе сегодня много чего успеть надо! Такой день, а ты…!
Нет! Я хочу спать! Или, вернее, так… Я боюсь вставать!
– Машка! Подъем!
– Я вчера поздно легла! – я вновь закуталась в одеяло. Последние несколько дней я жила у родителей. Дразнила Смерча и говоря ему, что дома буду оплакивать свои последние свободные деньки.
– Маша!
«Уже утро! Подъем, храбрые воины! Сегодняшний день – день великих свершений! Не подкачать!», – стал важно печатать на клавиатуре самодовольный головастик в галстуке, и набираемый им текст появился на огромном широкоформатном экране. Миг – и все его собратья пробудились ото сна и тут же заполучили по красной розе в петлицы и по белоснежной восковой свече – пока еще незажженной, но пахнущей ладаном.
