С будущим мужем, отцом Черри, она встретилась совершенно случайно, сразу же в него влюбилась, стала музой его режиссерского творчества и законной женой. Вот так Саша и Микаэль и стали братьями. Их родители до сих пор любят вспоминать о том, что в далеком детстве Микаэль был куда сильнее и крупнее Саши, вечно его обижал, отбирал у него игрушки и сладости, и даже – о, ужас! – бил. Так продолжалось лет до восьми. А потом Ланде неожиданно заболел, и его родной отец – кстати говоря, очень заботливый – тут же предложил Ангелине, чтобы их сын некоторое время пожил в Норвегии, дабы прошел отличное медикаментозное лечение в закрытом элитном санатории.
Заодно мальчик мог бы выучить языки – в том числе и норвежский, да и вообще приобщиться к культуре родины отца. Ангелина, скрепя сердце, согласилась, и в результате Микаэль вернулся домой только лет в двенадцать. Он полностью выздоровел, сильно вытянулся и похудел, зато вместе с отцом-музыкантом объехал кучу стран, выучил несколько языков и на норвежском изъяснялся лишь с едва заметным акцентом.
Саша за это время тоже изменился – вырос, окреп, стал слушать панк и начал курить. Ситуация изменилась – теперь сильнее был не ставший утонченным спокойный Ланде, а наглый взрывной Черри, который, как оказалось, помнил кучу детских обид. Сводные братья оказались полнейшими противоположностями, постоянно ругались и спорили, и редко кому рассказывали, что живут под одной крышей.
Марина, правда, уже знала об этом – пару часов назад Ланде поведал ей странную историю их семьи.
– Мамочка, – внимательно посмотрела на подругу Маша. – Ну что случилось? Что там с Черри? Хочешь, я поговорю с ним?
– Нет, не надо. Не надо. Я и так все поняла, – отозвалась брюнетка.
– Точно?
– Точно.
– А ты на вечеринку-то поедешь?
– Думаю, да, – тряхнула черными волосами Марина. – Я хочу повеселиться. А ты, давай, рассказывай, как у тебя со Смерчем?
Маша счастливо улыбнулась и негромко, хихикая, стала что-то говорить подружке, а после они все вместе двинулись на стоянку, где повстречали еще нескольких старых знакомых.
– Приве-е-ет! Кого я вижу! Почти что сестренка! – вынырнул из толпы хорошо знакомый мне длинноволосый здоровенный парень с улыбкой от одного проколотого уха до другого.
– Эль! – обрадовалась я. – А ты что тут делаешь? Завтра же у Насти и Федора свадьба!
– На фесте тусуюсь, – отозвался он и хмыкнул. – А ты я вижу, тоже дома не сидишь, к свадьбе не готовишься! Ну на самом деле я уже собираюсь домой.
