Димку мне было очень жаль, очень-очень, и я надеялась, что Оля станет ему хорошей подругой.
– Сначала хотел, – честно ответила Смерчинский. – А после этих слов как-то передумал. Мы вообще нормально с ним поговорили. И о тебе, и о малышке Князевой, и просто о жизни. Он хороший парень. Я оставил у него свой байк, вызвал такси, заехал домой – там никого не было – взял паспорт и загранпаспорт, и поехал прямиком в аэропорт. Оттуда первым рейсом двинул до Москвы, и сразу же в Германию. Там встретился с Кеем. Ты не поверишь, Бурундучок, чего мне это стоило, встретиться с ним и уговорить на то, чтобы он стал моей персональной свахой.
– Денис засмеялся, а из-за его смеха мне тут же захотелось улыбаться. – Хорошо еще, я вовремя просек, что Кей оказался знакомым с моим другом, и тот уговорил Кея помочь мне.
– Твой друг что ли Бог? – переспросила я.
– Нет, он тоже музыкант.
– Так про этого друга он говорил? – спросила я внезапно, вспомнив слова солиста «На краю». – Откуда вы знакомы?! Откуда? Как это все понимать-то?
– Мы не знакомы, Бурундучок.
Я же сказал, что с трудом смог с ним познакомиться. Просто Кей должен был моему хорошему другу-музыканту, который сейчас находится в США, и тот попросил Кея об ответной услуге – помочь мне, – весьма туманно поведал мне хитрец Смерчинский.
– И чего должен-то был? – не понимала я, с любопытством гладя его ящерку. Кажется, Смерчу это очень нравилось.
– Не могу точно сказать, Чип. Кажется, это связано с девушкой Кея.
– У него есть все-таки девушка? – я коснулась его шеи губами, и Дэн сглотнул.
– Ну, по-моему, он парней не предпочитает в качестве любовников, – отозвался он, обхватывая мой затылок. – Чииип…
– А если бы я реально вдруг что-то почувствовала к Димке, и мне было бы все равно, что произойдет на концерте? – вдруг спросила я, остановившись.
– Я очень боялся, что это может быть правдой, но знай, Маша – я бы не отступил от тебя, – твердым голосом сказал Денис. – Я бы боролся до последнего. И испробовал бы все способы. Веришь?
– Верю. А я… я сначала отказалась от тебя, когда думала, что у тебя что-то с Олей, и что вы вместе уехали, – призналась я.
– Прости. Я вижу теперь, какой я была тупицей. Спасибо, что ты сделал ради меня все это. Спасибо.
– Тебе ведь понравилось это маленькое представление?
– Да я до сих пор в ауте, Дэнчик-хренчик!
Теперь уже он вновь несколько раз коснулся губами моей щеки, а я поняла, что звук поцелуя – вещь невероятно приятная, ну, конечно, если целуют тебя или целуешь ты.
