Нехорошо, конечно, швырять туфли, несмиренно, но разве презрение к людям не требует наказания? И чем служанка хуже госпожи? Но всё же в глубине души ворочался червячок сомнения: вроде бы как она не выдержала испытания, посланного свыше.
Ей спокойно думалось на ходу, среди плотной толпы пассажиров и негромких разговоров, пролетающих по вагону из конца в конец. Она остановила взгляд на усатом кондукторе, увешанном барабанами билетных лент. Его пальцы сноровисто принимали деньги и отрывали билеты. Он заметил её взгляд:
— Хотите спросить что-то, гражданочка?
Фаина пожала плечами:
— Не знаете, в трамвайном парке не нужны кондукторы или уборщицы? Работу ищу.
— Все нынче работу ищут, — он понимающе шевельнул щёточкой усов, — да где же её взять? Хотя, слышал, на Путиловский народ нанимают, ты бы туда сунулась.
— Обязательно, — горячо воскликнула Фаина, — завтра с самого утра и пойду!
— Эй, погоди. — Раздвинув двух кумушек, он подобрался к ней поближе и сказал в самое ухо.
— Когда будешь в конторе договариваться, скажи, что тебя Максимов прислал. Меня там каждая собака знает, потому как председатель Рабочкома — мой кровный сынок Яшка. Поняла?
— Спасибо вам!
Не удержавшись, Фаина чмокнула кондуктора в колючую щёку и стала пробиваться к выходу, потому что трамвай начал замедлять ход на остановке.
* * *За широкими воротами с козырьком возвышался полукруглый ангар, а сразу за ним располагались длинные кирпичные корпуса, внутри которых что-то тренькало, звякало и стучало.
Мимо в обоих направлениях сновали люди, ехала подвода с какими-то ящиками, несколько мастеровых катили тележку. В морозном воздухе пахло угольным дымом и машинным маслом.
Растерявшись, Фаина остановила пожилого мужчину в рабочей одежде:
— Товарищ, подскажите, а где завод?
— Так везде завод! — Он обвёл круг брезентовой рукавицей, зажатой в кулаке. — Тебе куда надо?
— Мне в стержневой цех. — На всякий случай Фаина подсмотрела название в направлении с косо написанными крупными строками.
— А, так это тебе во-о-он туда, за чугунолитейный. Видишь трубу? — Фаина кивнула. — Вот прямёхонько к ней и топай. Хотя постой-ка. — Он живо повернулся и выкрикнул куда-то в сторону: — Катерина, подь сюды!
Проводи новенькую к вам в стержневой, а то неровен час заблудится.
Девушка по имени Катерина всю дорогу говорила без умолку:
— Тебя как зовут? Фаина? Комсомолка? Активистка?
От её вопросов голова шла кругом.
