Мои запястья болели, и каждый раз, когда веревка прижималась к моей чувствительной коже, я стонала от боли. Кожа была поцарапанной, грубой, и я истекала кровью из-за моей борьбы.
«Какую информацию ты дала ублюдкам?» Виктор снова спросил. Виктор, Николай и Феникс по очереди допрашивали меня, и я начинала замечать, что они были раздражены моими ответами.
«Я этого не делала», - сказала я.
Зачем мне поддерживать таких монстров, как Альберто и мой отец? Я ненавидела их. Но Алессио и его люди не знали этого, потому что я не раскрыла правду.
Моя жизнь уже была в опасности. Признание, что я дочь Альфредо, и невеста Альберто мне не поможет.
Правда поставит меня в еще большую опасность. Я была итальянкой и их врагом, поэтому они никогда не поверили бы мне.
Сколько бы я ни просила и не рыдала, они не слушали. Они отказались отпускать меня. «Айла, черт побери! Ложь не поможет тебе выбраться отсюда!» Николай кричал, когда он ходил по комнате.
И правда не поможет, подумала я, плача.
Глубоко вздохнув, я вздрогнула от сухости в горле.
«Пожалуйста… Виктор, Николай. Я этого не делала. Поверьте мне. Я ничего не знаю, - прошептала я, голос у меня хрипел от нескольких часов плача. Я едва могла говорить даже от постоянной пульсирующей боли в горле.
Николай остановился и уставился на меня, его глаза были полны жалости. Я перевела взгляд на Виктора и увидела, что он смотрит на меня с той же симпатией.
Я знала, что медленно их ослабляю. Они хотели верить мне. Они казались почти убежденными, что я этого не сделала.
Я просто не знала, как долго я смогу оставаться сильной. Все, что я хотела, это вернуться в свою кровать и прижаться к моим мягким одеялам, забыв об этом кошмаре."
"Мы все еще молча смотрели друг на друга, как вдруг дверь открылась. Я моргнула несколько раз, пытаясь избавиться от тумана в моих глазах. Я почувствовала, как мое сердце замерло в панике, когда вошел Алессио.
На нем был обычный черный костюм тройка. Его руки были голыми - никаких черных кожаных перчаток.
Алессио смотрел на меня несколько секунд, его глаза были пустыми. Он остался у двери и скрестил руки на груди. Посмотрев на Виктора, он кивнул ему. Мои брови нахмурились в замешательстве, когда Виктор встал и подошел ко мне ближе. Страх пронзил меня.
Через несколько секунд я почувствовала его руки на веревке. Было несколько рывков, и я вздрогнула от дискомфорта и боли.
Тогда мои руки были свободны.
Они верят мне? Я не знала, что делать или как действовать.
