– Во сколько это было?
– В шесть пятнадцать. Я рано проснулась и захотела есть. Я думала, если на кухне кто-то есть, я попрошу еду.
– Что ты видела в люксе? Точнее, кого ты там видела?
– Никого. Там никого не было. Я зашла и притворила за собой дверь, чтобы меня никто не увидел. Потом в спальню. Там было темно, и я отодвинула шторы. Увидела того дядьку. И нож. Очень красивый.
– Ты захотела его нарисовать?
Она снова кивнула и закрыла глаза, отдыхая. Макаров чувствовал себя садистом, но сирены слышались все ближе, а ему нужно было успеть получить ответы на все вопросы.
– Саша, что было дальше?"
"Она распахнула глаза, словно сердясь на его настырность. Снова обожгла взглядом темных, глубоких, совсем недетских глаз.
– Я сразу поняла, что он мертвый, хотя до этого никогда не видела покойников. Я подошла поближе, потому что мне было любопытно.
– Ты заметила что-нибудь необычное?
– Когда человека убивают ножом, это довольно необычно, – ответила девочка. – Нож… Нож был тоже не совсем обычным. Я видела его накануне, им хозяин гостиницы резал мясо.
Но тогда я заметила только форму лезвия, ручка была у него в руке. А сейчас, наоборот, лезвия не было видно, зато ручку я разглядела очень хорошо.
Точно. На рисунке, который Саша оставила в каминном зале, пчак был изображен целиком, вместе с лезвием с характерным желобком. В комнате Сэма Саша не могла этого видеть.
– Ты не трогала нож? В смысле, ты его не доставала?
– Нет, я же не хотела оставить свои отпечатки пальцев, – заметил странный ребенок.
– Я как следует рассмотрела рукоятку и ушла, притворив дверь.
– А часы? Зачем ты их взяла?
– Прекратите ее терзать, разве вы не видите, что она совсем без сил, – вмешался Игорь Арнольдович.
Рядом с ними, шурша шинами, остановилась «Скорая помощь». Выскочили врачи, бросились к лежащей на земле Саше. Следом подъехала полиция, из которой вылез знакомый опер.
– Последний вопрос, Саша, – сказал Макаров, поднимая Сашу на руки и неся к машине. – Ты видела убийцу Сэма? Ты видела хоть кого-то, кто выходил из его номера? Ты знаешь, кто его убил?
– Нет, – ответила девочка, – я никого не видела.
И часы… – на этих словах она снова потеряла сознание.
На другом берегу речушки, там, где осталась Даша, притормозили две машины. Из одной выскочили Ольга Тихомирова и Илья, они бросились к обрыву. Из-за руля неспешно вылез Михаил Евгеньевич, оценил обстановку и крикнул передающему девочку врачам Макарову:
– Подмогнуть надо?
– Перебьемся, – ответил Макаров.
