- Я не хочу это слушать, - мотаю головой, уже собираюсь прервать разговор, но…
- Посмотри фото, дурочка.
- Какие еще фото?
- В коробке, под бумагой лежит конверт.
- Что там? - кошусь на пакет, но не тороплюсь смотреть, о чем речь. Интуитивно чувствую, что лучше не стоит.
- А чего ты боишься? - хмыкает мама. - Если ты так уверена, что Владимир - образцово-показательный, что он не таскается по другим бабам, пока ты сидишь прикованная к коляске, то что же ты трусишь?
Каждое ее слово прицельно бьет в мои сомнения.
Я ведь тоже нет-нет да ловлю себя на таких же мыслях. Гоню их, конечно. Хочу верить. Даже после таких жестоких уроков жизни, мне хочется верить ему.
- Ты все это специально говоришь, - сиплю в ответ. - Специально…
- Я тебе желаю только хорошего. Ты сейчас этого не видишь. Но лучше я тебе раскрою глаза на суровую правду жизни, раз уж ты выбралась из кокона своей розовой ванили. Открой конверт и полюбуйся. Если ты не слабачка.
Я все же достаю коробку и… открываю. Нахожу несчастный конверт.
Он довольно тонкий, и я малодушно надеюсь, что все это - просто глупый розыгрыш. Хоть и жестокий.
А когда неловко открываю, из него выпадает всего несколько фото. Но зато каких…
На каждом из них - Володя. Не один. С женщиной. Полуголой.
- Ну что? Убедилась? - звучит где-то вдалеке голос матери, а у меня все расплывается перед глазами…
- 34 Лида -
- Лида?!
Я не понимаю, кто это. Так и сижу на полу, рыдая над фотографиями.
- Лида!!!
Меня резко поднимают и встряхивают. И только тогда я, наконец, вижу Адама.
- Что за ерунда? - требовательно спрашивает он, сурово глядя на меня.
- От-пус-ти, - задыхаясь, прошу.
Он, кажется, чертыхается и буквально силой отводит меня к кровати. Ноги плохо слушаются, и мне чудится, что я вот-вот снова перестану ходить. Снова потеряю все, чего добилась за эти дни.
Штерн вырывает у меня из рук фот. А мне они и не нужны - я и так запомнила. И эти образы жгут, полосуют мое бедное сердце.
- И что, ты реально на это повелась? - фыркает Адам.
- Уходи…
- Лида, ты дура?
Я всхлипываю, закрываю лицо руками, потому что мне и так больно! Зачем он еще?!
- Ну, точно дура, - добавляет он.
А потом вдруг садится рядом.
- Вот вы бабы недалекие, - раздраженно цедит Штерн. - Что у тебя в башке, скажи мне? Мужик там жилы рвет, из кожи вон лезет, чтобы обезопасить тебя и вывести твое наследство из-под удара, а тебе показали пару картинок - и ты уже все, вынесла приговор.
Его слова не доходят до меня в полной мере.
