Наши уже к месту подходят…
Оказывается, сон требовался не только Элизабару. Для подполковника грузинской разведки это прозвучало, как заявление об открытии Америки; он очень обрадовался и даже прилив сил почувствовал – не его одного в сон клонит так, что глаза сами собой закрываются, на ходу. Кроме того, после долгого пути оставшийся час казался настолько мизерной величиной, что хотелось уже сейчас потянуться перед сном, словно уже подошло время искать место, где можно с удобствами устроиться."
"Но дойти до места они не успели.
Сначала дрогнула под ногами земля. Элизабар хорошо знал, что такое землетрясение, и потому сразу бросил взгляд на склон, отлично понимая, что оно часто вызывает оползни и камнепады, от которых спастись невозможно. Но место, где они шли, ничем не угрожало. А тут, вслед за вздрагиванием земли, пришел и звук, показывающий, что произошло нечто иное. Грохот шел из соседней долины, как раз оттуда, куда направлялась группа. И был он такой силы, что по ущелью пролетел ветер взрывной волны, хотя расстояние, согласно подсчетам Элизабара, было еще немалым.
Джогирг остановился и угрюмо обернулся на спутников.
– Что это? – спросил подполковник. – Что случилось?
– Случилось… – соображая и прикидывая варианты, сказал Зурабов. – Это наши. Первая тройка… Как же это они.
– Что случилось? – повторил Мелашвили свой вопрос.
– Первая тройка… Как же это они… – в свою очередь повторил Джогирг, вглядываясь и вслушиваясь в то, что произошло впереди, но, естественно, ни увидеть, ни услышать ничего не сумев.
– Что они сделали?
– Они должны были рюкзаки оставить в схроне. Схрон заминирован. Но они знали, они сами минировали. Там тротила много было. Сдетонировало… Все взорвалось!
– А они? – спросил Элизабар глупость.
– Кто после такого взрыва в живых останется? Впрочем, идем. Может…
Не договорив, Зурабов двинулся вперед быстрым шагом.
И уже на выходе из ущелья им снова пришлось остановиться. Откуда-то оттуда, со стороны, в которую двигалась группа, слышалась активная стрельба.
– Назад! – решил Зурабов. – Там неприятности. Явные неприятности…
– Там бой, – сказал Абдулмуслим, вроде бы собираясь устремиться вперед и помочь своим. – Там наши!
– Где ты бой услышал? – поморщился Джогирг. – Бой – это когда в ответ кто-то стреляет. А там стреляет только одна сторона. Уже отстреляла… Наши уничтожены.
– А может…
– Не может. Пора научиться по звуку отличать «семьдесят четвертый» от «сорок седьмого». У наших только «сорок седьмые»…[8] Уходим.
