Слишком он красив, да и сгодиться еще может, потому что до лаборатории еще добираться и добираться…
– Помогите Элизабару! – приказал Сергей Палыч, сразу просчитав ситуацию.
На свет тут же появилась другая веревка, под стать первой. Два старших лейтенанта быстро соорудили на конце широкую петлю.
– Надеюсь, вешать меня здесь не будут? – с некоторым сомнением в голосе спросил Элизабар.
– Будут, – сурово сказал старший лейтенант Лукоморьев. – Но только под мышки, к сожалению… Подставляй голову!
Петля, миновав шею и плечи, охватила корпус Элизабара.
– Второй конец не тяни. Развяжешь внизу, – предупредил один старший лейтенант, фамилию которого Мелашвили не знал.
– Вперед и вниз! – скомандовал Лукоморьев.
Элизабар начал спуск, соображая, как же так быстро и без веревки умудрился спуститься майор Тихомиров. Здесь следовало не только силой рук и ног обладать, но и повышенной осторожностью, которая всегда является врагом скорости.
Сам он только отталкивался посохом и здоровой ногой от больших камней; старшие лейтенанты стравливали веревку, опуская подполковника грузинской разведки, как ему казалось, достаточно быстро. Настолько быстро, что эти каскадерские трюки казались ему даже опасными. Но вместе с тем появилась и какая-то своеобразная гордость своей ловкостью. Элизабар даже был бы рад, окажись спуск более длинным.
Внизу, дернув за свободный конец, он освободил веревку, которая змейкой побежала кверху.
А половина спецназовцев уже умудрилась спуститься другим способом, только за счет силы своего тела, и используя веревку лишь в качестве страховки.
– Как я смотрелся? – спросил Мелашвили у наблюдающего за спуском товарищей и придерживающего конец вспомогательной веревки капитана Ёлкина.
– Как тяжеленный мешок с дерьмом, – вежливо ответил капитан, не отрывающий взгляд от скал.
– Надо было тебя просто сбросить. Ничего бы с тобой не случилось…
Капитан Джабраил Дидигов спускался одним из последних. За его действиями Мелашвили наблюдал с особым интересом, поскольку капитан не был спецназовцем и специальной подготовки не имел. Тем не менее затруднений, кажется, тот не испытал и уже через три минуты стоял рядом с грузинским подполковником, с которым ему предстояло идти на территорию лаборатории.
