— Разумовский, — раздался в трубке напряженный голос Алины. — Тут жена Свиридова пришла. Она сейчас в палате.
— Иду, — коротко бросил я.
Пока я шел, я обдумывал тактику предстоящего разговора. Женщина, скорее всего, была до смерти напугана. Муж чуть не умер, и теперь она знала, что, возможно, виной тому были лекарства, которые она сама ему и принесла.
Начинать с угроз было бы верхом глупости. Нужно было действовать очень аккуратно.
В палате я увидел полную, измученного вида женщину лет сорока пяти. Она сидела на стуле рядом с кроватью мужа и крепко держала его за руку.
Увидев меня, она тут же вскочила.
— Господин лекарь! Вы тот самый, кто спас моего Валю? Спасибо вам огромное! От всего сердца!
— Присядьте, Тамара… — я заглянул в карту. — Ивановна. Нам нужно серьезно поговорить.
Ее муж, Валентин, приподнялся на локтях и тоже посмотрел на меня с тревогой, но уже без той паники, что была раньше. Я жестом показал ему, чтобы он лежал и не двигался.
— Тамара Ивановна, — начал я. — Расскажите мне, пожалуйста, где именно вы покупали тот аспирин, который принимал ваш муж?
Она тут же напряглась.
Ее взгляд забегал по палате.
— Ну… в аптеке, где же еще. У нас тут, на районе, всего одна аптека.
— Тамара Ивановна, — я наклонился к ней чуть ближе. — Ваш муж чуть не умер от тяжелейшего отравления. Такое происходит, когда аспирин либо очень долго и неправильно хранится, либо когда у него давно истек срок годности. В официальной, лицензированной аптеке вам бы такое никогда не продали.
— Я… я не знаю, о чем вы говорите! — она вскинулась. — Я купила обычный, нормальный аспирин!
— Врет! — тут же прошипел у меня в голове Фырк. — Смотри, как руки у нее задрожали! И пятна красные по шее пошли! Врет, как дышит!"
"Конечно, она врала. Но загонять ее в угол было нельзя — она бы замолчала окончательно.
— Послушайте меня, — я постарался, чтобы мой голос звучал как можно мягче. — Я не из полиции и не из инквизиции. Я лекарь. Моя единственная задача — лечить людей, а не искать и наказывать виновных.
Но чтобы помочь вашему мужу до конца и предотвратить повторение таких случаев с другими людьми, мне необходимо знать правду.
Она прикусила губу. Ее глаза наполнились слезами.
— Валентин — хороший, работящий мужик, — я продолжил. — Он любит вас, любит своих детей. Неужели вы хотите, чтобы такая беда повторилась? А если в следующий раз скорая просто не успеет?
Этот аргумент сработал. Она всхлипнула и закрыла лицо руками.
