И двери комнаты были дубовыми и закрывались весьма плотно, так что скрип коридорных половиц тоже вряд ли способен был бы кого-то потревожить.
А значит, никого из семейства Кросби из числа подозреваемых я исключить не мог. У каждого из них был мотив. У кого-то — как у леди Кэтрин и ее пасынка — он был более весомым, а у кого-то менее. Одна могла желать сохранить свой статус и не оказаться в числе презираемых обществом разведенных женщин. А другой мог захотеть поскорее стать графом и хозяином поместья.
Мотивы леди Розмари и леди Паулы прослеживались менее явно, и всё-таки и та, и другая получат некоторую сумму после смерти Джейкоба Кросби.
Да, скорее всего, состояние графа было отнюдь не велико, но они могли этого не знать — как и всякий мужчина, он наверняка пытался скрыть свои финансовые проблемы от дорогих ему женщин.
А поскольку завещания лорд Джейкоб не оставил, и слугам после его смерти ничего не доставалось, их из подозреваемых, пожалуй, я мог исключить. Но всё-таки я собирался поручить инспектору Мэдисону побеседовать с каждым из них на случай, если кто-то из них знал то, что могло нам помочь.
Заходить в спальню графа сейчас не было никакого смысла — при свете нескольких свечей осмотреть ее будет трудно и лучше заняться этим днем. К тому же там побывало уже столько народа, что я вряд ли обнаружу там что-то любопытное.
Я вернулся в отведенную мне комнату, не встретив никого на обратном пути, и лег спать. И на удивление прекрасно выспался.
Поднялся я, как и обычно, рано. Я не взял с собой в Кросби-холл своего камердинера, но я мог обойтись и без его услуг.
В углу комнаты на небольшом столике стоял кувшин с водой и таз, и я с удовольствием умылся.
Одевшись, вышел на крыльцо. Утро выдалось солнечным, и на деревьях в окружавшем дом парке громко щебетали птицы.
— Желаете позавтракать, ваша светлость? — услышал я за своей спиной голос дворецкого. — Я тотчас же велю накрыть на стол.
— Нет-нет, благодарю вас, — я повернулся к нему. — Я позавтракаю вместе со всеми.
— О, ваша светлость, — на его лице отразилось некоторое смущение, — в Кросби-холл за завтраком не принято собираться всей семьей. Леди Паула и лорд Сэмюэль поднимаются поздно.
А вот это было досадно. Потому что начать допросы я собирался как раз с молодого графа. Раз уж именно он высказался о своей мачехе столь откровенно, то я хотел знать, что именно он имел в виду.
— А леди Розмари уже позавтракала? — уточнил я.
— Никак нет, ваша светлость! — отрапортовал он.
