Хотя напряжение тут чувствовалось во всём — в настороженных взглядах, которыми они обменивались, в нервных движениях и в том, что каждый из них, говоря, делал паузы, тщательно подбирая каждое слово.
И разумеется, всех особенно волновало одно — чтобы то, что случилось с графом Кросби, не навредило их положению в обществе. Ведь убийство — это так не аристократично. Мне показалось, что все члены этого семейства предпочли бы, чтобы инспектор Мэдисон оказался менее наблюдательным и признал смерть его сиятельства естественной.
Но что случилось, то случилось, и этого уже было не изменить. И когда я задал вопрос, не хочет ли кто-то открыто высказать свои подозрения, я не ожидал на него ответа.
И оказался необычайно удивлен, когда услышал голос Сэмюэля Кросби:
— Есть лишь один человек, который вызывает у меня подозрения — это моя мачеха леди Кэтрин!
Подобная откровенность свидетельствовала лишь об одном — о том, что отношения внутри этой семьи были куда более враждебными, чем я предполагал изначально.
И я был рад, что сам лорд Сэмюэль решил разворошить это осиное гнездо.
Я посмотрел на вдову графа Кросби и увидел страх в ее глазах. Наверняка она ждет, что именно ее я в первую очередь приглашу для приватного разговора.
Но она ошибается. Напротив, сначала я опрошу всех, кроме нее. И только тогда, когда ее нервы окажутся натянутыми как скрипичная струна, я приглашу ее к себе. И она расскажет мне всё — даже то, что будет пытаться скрыть.
Глава 10
Я почувствовала, как жар разливается по моим щекам.
Несмотря на то, что я понимала, что Кросби постараются обвинить в преступлении именно меня, я никак не думала, что сделано это будет так громко и открыто. Полагала, что они предпочтут сказать это в приватных разговорах с сыщиками.
И от того, что Сэмюэль объявил об этом громко и спокойно, мне стало не по себе. Это была война. И в этой войне союзников у меня не было.
Но сдаваться я не собиралась. Документы на развод так и не были подписаны, а значит, я всё еще леди Кросби.
И с этим главе Королевской службы сыска придется считаться.
За окном, на подъездной аллее раздалось ржание лошадей. Ко крыльцу подъехал экипаж, и леди Розмари недоуменно нахмурилась и посмотрела на герцога Стенфорда.
Но тот в ответ на ее немой вопрос покачал головой:
— Нет-нет, ваше сиятельство, никто из моих людей прибыть не должен.
— Прибыли мистер Айртон и мистер Вэнс! — доложил Чандлер. — Я взял на себя смелость проводить их в гостиную.
