— Но ведь это меняет всё дело! Если всё действительно так, как ты предполагаешь, то тогда его брак с леди Розмари недействителен! Правда, я всё еще не понимаю, как эта версия может объяснить убийство лорда Джейкоба.
— Я объясню это чуть позже, — пообещал я. — А пока мне нужно узнать, в какую именно церковь мог обратиться лорд Джеймс, чтобы сочетаться браком со своей избранницей. Точно не в церковь Святой Екатерины, которую посещала его семья. И вряд ли он стал бы делать это в городе, где у него наверняка было много знакомых.
— На самом деле, сделать это было бы не так просто, — сказал Берроуз. — Ведь о помолвке нужно было объявить как минимум за три недели до свадьбы. Так что огласки в любом случае было не избежать.
— Да, — кивнул я. — Поэтому для этой цели он должен был выбрать либо совсем маленькую церковь на значительном расстоянии от Кросби-холла, либо церковь, священник которой согласился бы совершить обряд без предварительного объявления о помолвке.
— О, ваша светлость! — заволновался Фултон.
— Сейчас, когда вы заговорили об этом, я вспомнил, что примерно в то время священник церкви Святого Мартина, что в деревушке Кливерли, был лишен сана за некоторые отступления от правил.
После его слов заволновался и я сам.
— А эта церковь до сих пор существует?
— О да, сэр, она находится в паре часов езды отсюда.
Я с сожалением посмотрел в окно, за которым уже сгущались сумерки. Изучение церковных книг придется отложить до утра.
Глава 47
Поскольку я выспалась днём, вечером спать совсем не хотелось.
В чуть приоткрытое окно врывался свежий теплый воздух, а яркая луна на темном небе манила на прогулку. Но я слишком хорошо помнила, что не могу позволить себе гулять по парку в одиночестве.
Я вышла в коридор, втайне надеясь, что где-то неподалеку от моей комнаты находится герцог Стенфорд. Но нет, вместо него на посту был Нэйт. И вот он-то как раз спал, чему-то улыбаясь во сне.
И я тоже улыбнулась и не стала его будить. Мы с Джуди зашли в столовую залу, а уже из нее — на балкон, чтобы полюбоваться вечерним парком.
В большинстве окон нашего дома уже не горел свет. Темным было и окно комнаты его светлости. Должно быть, он уже лег спать.
Вечер был теплым, но стоило подуть ветру, как я задрожала.
— Замерзли, ваше сиятельство? — сразу заволновалась горничная. — Я мигом сбегаю в гардеробную за накидкой!
И прежде, чем я успела ее остановить, она умчалась. А мне сразу стало неуютно. За эти дни я совсем отвыкла быть одна.
