Улыбнувшись своему заботливому оршу, осторожно, немного нерешительно, обвела пальцами второй руки контуры его скулы. Ему и такой несмелой ласки оказалось достаточно, мужские губы тронула легкая благодарная улыбка.
– Ты не злишься на меня, Астра? – тихо спросил он, чуть сильнее сжав мои пальчики."
"– Нет, конечно, – честно ответила я, глядя в его чистые серые глаза, в которых сейчас океаном безбрежным плескалась нежность и едва уловимая тревога, – мне не за что на тебя злится. Мне жаль, что я доставила столько хлопот.
Покачав головой, Лэксар встал и отошел в Нуму. Врач все так же увлеченно что-то рассматривал на мониторе, тут же вносил какие-то данные. Раздраженно откинув густую чуть потрепанную косу за спину, он тяжелым взором голубых холодных глаз окинул мое потрепанное жизнью тело, поморщился и снова что-то вписал в свои документы. Я при этом ощущала себя тараканом под лупой.
– С ней все хорошо? – не выдержал Лэксар и задал вопрос, который беспокоил и меня.
– В общем, да. Ее показатели хоть и на нижней границе, но все же пределах нормы.
Последствия радиации сведены к минимуму. Через пару дней нужно будет взять еще раз кровь на анализ. Но в общем, она полностью здорова. Наша реанимокамера не подвела.
Нум закрыл на мониторе документ и взглянул уже на меня.
– Я завел тебе медицинскую карту. Основные данные туда я внес, в том числе и лекарственные препараты, на которые у тебя может быть аллергическая реакция. При первой возможности я свяжусь с врачами вашей расы и попрошу у них нужные книги по вашей анатомии и физиологии.
– А, может, ты просто у меня спросишь книги, они у меня в планшете, – я осеклась и поджала губы, – были в планшете.
Я совсем забыла, что планшет мой разбит и все мои книги, лекции, алгоритмы медицинских манипуляций утеряны, осталось лишь то, что было в моей собственной голове. Я хорошо училась на фельдшерских курсах, но все равно мою библиотеку было жаль.
Услышав про мой разбитый планшет, Лэксар отошел от Нума и нерешительно замер в центре комнаты.
Он явно чувствовал себя виноваты и, кажется, совсем не понимал, как ему себя вести. Он просто топтался в нерешительности, то делая в мою сторону пару шагов, то снова замирая на месте. Видеть его в таком состоянии оказалось сложно. Поднявшись со стула, я сама шагнула к своему мужу.
Подойдя вплотную и придерживая простынь на себе перебинтованной рукой, второй крепко обняла Лэксара за талию. Вид у него был ну такой трогательно-нежный, казалось, даже дышать перестал.
