У меня не было друзей, но был он – простой дешевый беленький планшет, где я прятала все свои сокровища.
– Астра! Астра, я с тобой разговариваю, – Лэксар продолжал буйствовать, но мне было все равно.
– Я спала, – сдерживая слезы, пробормотала я.
Собрав то, что осталось от моего неодушевленного друга, я вышла в коридор и прижимая разбитый экран к груди поплелась в теплицу. Надежды, что смогу восстановить хоть что-то, не было. Все разбито вдребезги. А я не настолько талантлива, чтобы собрать все микросхемы заново.
Дойдя до своего рабочего места, я заблокировала дверь. Не хочу никого видеть. Сложив перед собой обломки, я разревелась. Словно потеряла кого-то близкого и крайне важного. Я ревела и ревела, поток слез не прекращался. Столько всего навалилось на меня одну за последнее время.
Гладя тончайшие осколки тачскрина, микросхем и пластика мягкого корпуса, пыталась хоть как-то взять себя в руки, но стоило мне взглянуть на ту жалкую кучку мусора, что осталась от моего планшета, я начинала рыдать вновь и вновь.
Обессиленная, я положила голову на руки и уснула. Мне ничего не снилось. Мое горе забрало все силы и я просто выключилась.
* * *Боль, резкая и сильная.
Моя рука пылала огнем оглушающей боли. Подняв голову, я взглянула на нее и обмерла. Весь стол оказался залит моей кровью, она капала на пол, образовывая там небольшую лужицу. Предплечье левой руки было сильно изрезано. Рваные края безобразно разбухли, обнажая мышцы, кровь стекала тонким ручейком из каждого пореза.
О том, кто это со мной сотворил, догадываться не пришлось – в моей правой руке был зажат кусок острого стекла экрана, перепачканного густой кровью. В ужасе я откинула его в сторону и зажала рану рукою. Вернее попробовала зажать, но порезов было так много, что это мне не удалось. Одна мысль билась в голове: «Дойти в медотсек, к Нуму»."
"Меня мутило от вида собственной крови, в глазах темнело от ее потери. Красными скользкими липкими пальцами я разблокировала дверь и вышла в коридор.
Идти было сложно. Зажимая хоть часть порезов, я, прислонившись плечом к стене и опираясь на нее, шатаясь на дрожащих ногах, продвигалась вперед. Свой браслет я оставила в каюте, поэтому вызвать кого-то по аркору не могла. Зачем я вообще его с руки снимала?
Шаг еще шаг, взглянув на пол, я увидела, что за мной остается не просто редкие капельки, а целые мелкие лужицы темной густой красной жидкости. Так много. Голова становилась невыносимо тяжелой.
