Меня обнимали и я не разжимала рук. Словно со стороны отмечала, как меняется пейзаж за окном, как поднимаемся по туннелю вверх, как мелькают доки и стоящие в них корабли. Остановились. Меня вынесли. Голоса. Кто-то что-то говорил, но я не слушала, мне было хорошо и спокойно. Потом был узкий коридор и мерцание огней ночной подсветки.
Корабль все еще спал.
Не опуская на пол, меня занесли в каюту и уложили на кровать. Проходили секунды, минуты, а быть может и часы. В комнате зажглись лампы дневного освещения. Кто-то прошел мимо двери, из коридора доносились приглушенные шаги и тихое покашливание.
А я лежала и рассматривала рисунок на потолке из желтых подтеков.
– Система климат-контроля барахлит, нужно сообщить об этом Кирроси, – озвучила я свои наблюдения.
– Он уже знает, – прошептали рядом. – Как ты себя чувствуешь?"
"Я улыбалась, все еще сжимая в руках часы и карту. С удивлением отметив это, отложила их на прикроватный столик. Время, оно было уже не важно. Я дождалась, и монстра не стало. Мужчина, сидевший рядом, встал и навис надо мной, пристально вглядываясь в мое лицо, ища там одному ему известные эмоции.
Улыбнувшись, я ответила ему таким же внимательным взглядом. О, эти мягкие черные короткие волосы, блеск серых зеркальных глаз и шрамы на всю левую сторону лица были мне хорошо известны. Узнавание накрыло меня мгновенно.
– Лэксар?! – потянувшись, я обхватила его руками. – Лэксар!
– Тихо, моя маленькая девочка, это я, теперь все хорошо.
Его руки обнимали, ласкали и одновременно снимали с меня это ненавистное платье.
– Что ты делаешь? Зачем ты его снимаешь? Лэксар прекрати! – возмущенно пискнула я, но меня услышать не пожелали.
Тихо дзынькнула застежка и ткань поползла вниз, обнажая спину, ягодицы и бедра. Вслед тот же путь проделывала мужская рука, нежно касаясь кожи и поглаживая. Я расслабленно выдохнула и откинулась на подушку. Стыд ушел, потому что все было правильно.
Правильный мужчина, правильные ласки и такой нежный шепот его губ.
Сама не заметила, как осталась полностью обнаженной.
Мужчина, рыкнув, выпрямился и уставился на меня с высоты своего роста. Зеркала его глаз лихорадочно блестели, вызывая в моем теле трепет и странный жар внизу живота. Кончики пальцев ног судорожно поджались. Я смотрела на него, не отводя взор. Мне нравился его голодный взгляд, лихорадочно пульсирующие зрачки и подрагивающие губы.
Никогда еще я не ощущала себя такой красивой и желанной.
Весь ужас прошлого часа отступил, оставив место чему-то иному.
