– Ты все еще жив, сакали?
– Еще да, – прошипел Далам.
– Удивительная стойкость для представителя твоей расы.
Гордош встал и одним сильным пинком откинул от себя рыжую, которая пыталась к нему ластиться. Девушка пролетела вперед и с глухим ударом врезалась головой в стену. Она не двигалась больше. Из раны на голове хлынула кровь. В этот момент вдруг ожил фавн, мужчина сел на полу и весело проговорил:
– Приветствую вас в клубе «Золотой каргал», мы рады нашим гостям и желаем провести незабываемый вечер!
Я содрогнулась.
Мелко трясясь, перевела взгляд с пробудившегося фавна на Далама. Он был весь в крови. Абсолютно весь перемазан ею.
– Отпусти ее и я сдамся. Ты сожрешь меня, хрон. Но ее не трогай, – окровавленными губами громко прохрипел он.
– Даже так, сам подставишь шейку. Она так дорога? – держа меня на руках, хрон приблизился к моему теперь уже такому родному сакали. – Считаешь ее ценнее себя?
– Отпусти ее, она же еще ребенок, – отчаянно смело рычал Далам. – Что толку тебе от нее?
– Ты не прав, сакали.
Она невинна. Сладкая и очень сильно хочет жить. Я могу пить ее бесконечно долго. Ты же все равно сломаешься. Это дело времени.
Время. В глазах Далама я видела поддержку. Он улыбался мне окровавленными губами.
– Хватит, это становится скучным. Иди сюда, моя мояша."
"Отвратительная пасть приблизилась и впилась в мои губы. Зубы проткнули кожу, обжигая болью. Язык лизал. Мерзко, гадко, противно до тошноты. Я билась в истерике, преодолевая паралич, круша чужое сознание в свой голове.
Я визжала прямо ему в пасть, но все тщетно, его воля оказалась сильнее. Словно кувалдой по голому разуму он навязывал свое желание, свои мысли. Себя.
«Хватит. Не хочу, не вижу, не чувствую. Этого нет, ничего этого нет».
Вспышка озарила комнату. Тот, кто держал меня, пошатнулся и упал. Я повалилась рядом, сжимая в руках часы и счет-карту.
Вокруг творилось что-то странное. Мелькали вспышки, кто-то рычал и натужно хрипел. Передо мной рухнуло чье-то тело с искореженным, будто обугленным, лицом.
Оно билось в предсмертных конвульсиях. Сглотнув, я отвернулась и тут же наткнулась взглядом на еще один труп с разодранной шеей. Хрон глазел на меня немигающими мертвыми глазами и внезапно улыбнулся. Вернее, его рот растянулся до ушей, обнажая несколько рядов острых зубов. В ужасе я, наконец, завопила во все горло.
В комнату вбегали люди, такая бойня и не ясно, кто свой.
Рядом со мной кто-то дернулся и зашипел.
